На вершине бездны

Хлипкий лафет пушки разлетелся вдребезги, уронив на палубу дымящийся самопал. С залпом цепи гладиатора обрели истинную свободу и, со свистом ворвавшись во вражеские паруса, с треском обрушили в воду их корабельные мачты.

— Йо-ох-х-хо-о-о!!! — раздались за спиной Барта ликующие крики обезумевшей команды.

— Гроза морей!!! Ты их разворотил к чертям свинячьим! — радостно завопил Веласкес.

— Минус один, — самодовольно прохрипел пират.

Второй парусник, плотно гружённый солдатами, обойдя выведенный из погони барк, разрезая волны, устремился наперерез кораблю Барта.

— Чёртов Амардак! Строит из себя героя, — утирая рукавом мокрое от дождя лицо, произнёс пират.

— Порох ещё остался! — тряхнув сумку, сказал Веласкес.

— Парни! Тащи гвозди! Да побольше! — заорал Барт и направился к катающейся по палубе пушке.

Осмотрев самодельное орудие, пират с досадой покачал головой.

— Не знаю, осилит ли ещё выстрел. Почти разорвало, — с досадой заметил Барт.

— Я починю лафет, — подняв с палубы молоток, сказал Веласкес.

— Кимбо, курс по ветру! Тяни время! — закричал Барт.

— Есть, капитан!

Корабль накренился вправо и прибавил скорости.

— Лафет почти готов! — послышался голос Веласкеса.

— Эстебан, тащи эту хреновину обратно! — пнув бронзовый самопал, сказал Барт.

Эстебан молча взвалил на плечо импровизированное орудие и отнёс его на лафет.

— Ну что, Амардак! Давай станцуем! — оскалив жёлтые зубы, прошипел пират.

— Обходят справа! — послышались крики с палубы.

— Двигайте лафет к правому борту! — закричал Барт.

Корабли поравнялись. На вражеской палубе показался Амардак в сопровождении капитана стражи Барзолы. Морской и сухопутный капитаны, бравируя оружием, нагло гоняли по палубе солдат и матросов. Около полусотни бойцов Барзолы плечом к плечу выстроились у левого борта, готовясь к абордажу.

— Кошки к борту!!! — послышался крик Амардака.

— Сабли наголо!!! — скомандовал Кимбо.

— Добро пожаловать в ад! — прошипел Барт и запалил фитиль.

Грянул выстрел. Стальное облако рубленых гвоздей с бешеным свистом влетело во врага. Сражённые наповал солдаты посыпались за борт, раненые заревели от боли. Разорванный самопал, подскочив, грохнулся под ноги Барту.

— Теперь нас поровну! — обнажив саблю, произнёс пират.

Верёвки и крюки, рухнувшие под ноги Барта и его команды, вгрызаясь в борт корабля, натянулись как струны. Грозовое небо непроницаемым куполом накрыло бурлящую морскую пучину.