Болотные врата. Книга 2. Чарон

Храм заработал как завод, колокольню починили и звонаря нашли, что каждый день долбит в свой колокол по утрам и зовет народ на службу. Вот прихожане сюда и потянулись.

Так в душе то я, не унижаюсь. А дураки пусть думают, что хотят. Есть старые правила и я им следую. Раз живешь в монастыре, так изволь его уставу подчиняться.

Это объяснение напрягло меня еще больше. Что ж получается, и мне надо будет в пояс кланяться всем этим святошам с крестами на шеях?

Я как эту мысль высказал вслух, кузнец театрально рассмеялся, руками всплеснул драматично и хлопнул по своим штанинам, выбив из них кучу пыли.

-Да расслабься ты! Никто тебя заставлять кланяться лишний раз не будет. Я же говорю - устав соблюдай! Обычаи местные. Понимаешь? Элементарное уважение прояви. Не убудет из тебя ничего. Уж поверь. А что да как делать, я тебе подскажу. И все будет хорошо!

Я на всё это, из вежливости, ничего не сказал. Но подумал, что руки целовать ни за что не буду. Даже за то, что работу дали… Было в этом что-то унизительное и холуйское.

Мы вышли на улицу и сели на лавку у самой двери. Солнце было уже высоко и приятно припекало. Кузнец явно был сегодня заряжен на разговор. А я готов был слушать. Кузнец и поведал мне историю этого места.

-А Батюшка наш, отец Николай, священник потомственный. Тот, кого ты видел, не из простых, что вчера с улицы пришли служить, а Архиерей. Он очень важная фигура в нашей епархии, считай второй человек после Владыки Тверского и Кашинского. И здесь он царь и бог, все по его воле и слову делается.

У этого Храма вообще история интересная. По поверью, здесь давным-давно языческое капище было. Только какому богу, уже никто не помнит. Место то какое шикарное! Высокое, да на берегу Волги. И рощи вокруг березовые. А потом, как и везде, набежали христиане, идола скинули, а на его месте деревянную церковь возвели. А этой каменной Храмине, что сейчас стоит, от силы лет 100. Её на месте той старой, захудалой построили.

До революции, мода была такая - строить церквухи в России везде, где только можно. Если три крупные деревни рядом, у них обязательно посередке церковный приход есть, с попом и дьяконом, которые за счет селян окормляются. Да и в каждом уважающем себя городе, все большие улицы в Храм упираются.

А при большевиках все эти храмы разорили и пограбили. И только при Сталине служба возобновилась, когда православие опять голову подняло.