Путь Культиватора

Придумал глупое объяснение, завязанное на Байроне, и надеется, что я в него поверю? Неужели я переоценил его?

Или же, возможно, он и рассчитывал, что я это пойму? И про Волчью Напасть, даже если бы я о ней не знал, то за следующие дни точно разузнал бы о ней всю возможную информацию, и его умалчивание стало бы бессмысленным. Он меня таким образом проверяет? Оценивает мои дедуктивные способности? Смешно.

Но он забавный паренёк, жаль только, что слишком уж он много о себе мнит, видимо, его никто за всю его жизнь не ставил на место.

Пожалуй, если представится подходящая возможность, надо будет во время этого задания попробовать и его убить. Это будет от меня для него ответная проверка его, только уже его способностей к выживанию. Ха.

Но то, что он рассказал о драке Вииде с бандитами весьма настораживает. У Виида была эта сила с самого начала, или он её приобрёл лишь недавно? Ещё одна тайна, у которой нет ответа. Надо с ним как можно быстрее покончить, ведь кто знает, что он выкинет ещё в будущем, и как быстро он станет сильнее.

Но с моими нынешними ресурсами… что-то подходящее мне не заполучить. Жалкие несколько сотен камней духа низкого качества не смогут решить эту проблему.

А значит всё-таки придётся прибегнуть к запасам из прошлого, хоть это мне и не нравится. Но риски нужно будет попытаться минимизировать», — обдумав всё это, Ранд вышел из дома и взглянул на луну, находящейся на последней нарастающей фазе, и решил: «как раз через три дня будет полнолуние, тогда и приступим к получению средств на уничтожение Виида».

Глава 36. Первый выход в свет.

Глава 36.

Первый выход в свет.

После того, как Эйрон поспешно покинул его дом, Ранд довольно быстро вернулся к делу, которым он занимался до его прихода, к культивации. И последующие два дня он провёл полностью погружённый в медитацию, лишь раз отвлекшись на удовлетворение человеческих потребностей, в виде еды, которую заблаговременно взял с собой, и воды.

Хоть Ранд и жаждал избавиться от этой слабости, присущей смертным и бессмысленно поглощающей его время, но пока с его нынешней слабой культивацией окончательно отказаться от пищи он не был способен. Сейчас он мог лишь обходиться без неё несколько дольше обычного человека, никогда не вступавшего на путь к бессмертию.