Незаконный наследник. Остаться при своём

Хорошо ещё что пол был выложен кафелем. А ведь Анна хотела что-то другое делать. Наверное, Вольфы её убедили хернёй не страдать и сделать классическую плитку.

— Где Егор? — сразу же спросила Люся, когда вошла в холл, с любопытством осматриваясь по сторонам.

— Ты не очень-то переживаешь, — ответил я, раздумывая над тем, как будет выглядеть, если я пойду переодеваться. Или проявить солидарность с мокрым Андреем Никитичем и немного походить в промокшей одежде?

— Малыш не беспокоится, — ответила Люся. — У него просто мистическая связь с отцом.

— Хорошо, — я кивнул. — Твой муженёк там, прямо по коридору, через две двери от лестницы, усиленно усваивает дар воды. Можешь пойти посмотреть.

— Люся успокоит Егора, — Андрей Никитич решительно снял с себя мокрый пиджак и встряхнул его.

— А чего его успокаивать? — я хмыкнул. — Егор совершенно спокоен. Это у меня скоро нервный тик случится.

— Значит, я правильно понимаю, это всё, дело рук Егора? — Ушаков обвёл холл рукой, намекая на ещё недавно покрывающую пол воду.

— Его, чьё же ещё. Я так не хулиганю, да и Анна вроде этим не грешит.

— Кстати, а где Анна? — Ушаков ещё раз осмотрел комнату и перевёл взгляд на меня.

— В ресторане пытается добыть нам еду. Прислуги ещё нет, так что приходится выкручиваться.

— Понятно, — он задумчиво рассматривал меня. — Пошли к Егору, я хочу на него взглянуть.

В комнате Люсинда сидела на кровати и гладила Егора по влажным волосам.

— Такая необычная татуировка, — Люсинда провела рукой по волне, бегущей по руке и по груди Егора. — Очень красиво. Это как-то связано с тем, что с ним происходит?

— Не как-то, а напрямую. Я уже сказал Андрею Никитичу, что дар Егора — это действие артефакта. — Я на мгновение замолчал, а потом добавил.

— Вот как, интересно, — Ушаков осмотрел меня ещё более внимательно. — Думаю, Люсенька, тебе стоит остаться здесь с Егором. Мы не справимся, если он снова чудить начнёт.

В ответ Люсинда на нас так посмотрела, что сразу стало понятно, её сейчас от Егора можно будет только насильно оторвать. Ушаков подошёл к правнуку, коснулся его руки, точнее, татуировки, и вышел из комнаты. У меня не было другого выбора, только пойти за ним.