Книга 1. Рождённый под чужим небом

– А может ты возьмёшься, а подруга?

Лесная колдунья распрямила все пальцы и помахала ладонью.

– Шутить изволишь? – Сирина улыбнулась, но что-то грустное промелькнуло в этой улыбке. – Нет, это не для меня.

– Вот и я о том же, – Ярха сложила из трёх пальцев кукиш и посмотрела на него. – При всём богатстве выбора другой альтернативы нет.

– Что? – Сирина поперхнулась козьим молоком, которое в этот момент пила из глиняного горшка. От лесной колдуньи подобную фразу она услышать никак не ожидала.

– То-то же, – Ярха победно посмотрела на Сирину.

«Разумную» фразу лесная колдунья услышала несколько десятилетий назад от спустившегося с гор и заплутавшего в Лесу странника. Тот человек называл себя мудрёным словом фихлосаф и намеревался выйти к морю-океану.

– Добродия? – шаман осторожно коснулся её плеча. – Мы почти на месте.

Очнувшись от воспоминаний, девушка оглянулась по сторонам. Их отряд вступил в пещеру, в стене которой зияло три провала.

– Если идти прямо, то  доберёмся до озера, а затем попадём к морлам.

– А что находится в левом туннеле?

– Забытые пещеры. Но туда нельзя, – твёрдо сказал Рурх. – Таков закон.

Так как идти оставалось всего ничего, то привал делать не стали. Вождь лишь сотворил и выпустил Вестника, дабы на фермах успели подготовить подобающую встречу.

Теперь Сирина не отвлекалась на воспоминания, а поглядывала по сторонам. И здесь было на что посмотреть! Потолок и стены туннеля покрывала паутина серебристо-серого цвета.

«– Интересно, она липкая? – подумала Сирина, но дотронуться и проверить не решилась.»

В коридоре, несмотря на отсутствие кристаллов, было светло. Свет исходил от нескольких десятков толстых белых нитей, искусно вплетенных в общий узор потолка.

« – Это какого же размера должен быть паук, чтобы сплести такую?! – изумилась воительница».

Поморщившись, она посмотрела в спину идущего впереди шамана. Не то, чтобы она боялась пауков, нет, просто не любила. На её взгляд в мире существовало множество гораздо более привлекательных тварей.

Туннель постепенно сужался. Если в самом начале пути по нему могли пройти, по меньшей мере, трое дивьев и даже не задеть друг друга плечами, то теперь пришлось двигаться гуськом.