Наследие и Наследники2: Поход

Бегство большей части бойцов из резерва, что располагались в последней, третьей линии имперской армии, совершенно ухудшило положение всего воинства державы: в центре уже образовывался прогиб, что вот вот мог превратиться в полноценный прорыв атакующих, словно бы безумные, имперцев - ветеранов из числа сторонников Руфуса, ”рубак” с горы Лабоир и вооружённых молотами и двуручными мечами, головорезов, из числа сержантов барона Гундобада.  

Значительная часть конных имперских рыцарей и оруженосцев, которые атаковали лагерь еретиков на холме с флангов  - были уже убиты или взяты в плен и сейчас большая часть немногочисленной кавалерии еретиков, наседала на испуганные части лёгкой кавалерии империи, что ещё не зная о разгроме штурмовой пехоты, всё ещё продолжали организовывать кольцо окружения для полного блокирования холма: их обстреливали из арбалетов и луков, и гнали прочь в разные стороны конные ересиарха.

Правый фланг смешавшейся имперской армии подвергся внезапной атаке с тыла - от обезумевших от страха собственных кондотьеров и полисных милициантов, которые бросились прочь на главные дороги, прямо через строй отступающих от атак еретиков, сотоварищей по походу, из числа имперцев.

В порядке отходил к своему лагерю лишь левый фланг армии империи, но он мог почти полностью быть отрезан от остальных сил уже в ближайшее время, из за прорыва отчаянных головорезов “честных” и всё прибывающих с холма их свежих отрядов, что волнами скатывались со своего лагеря, на вершине, на отступающих перед ними в панике имперцев.

Удирающие бойцы из резерва настолько ухудшили положение всей имперской армии, что на какое то время именно их беспорядочное бегство привлекло к себе внимание командиров похода, которым пришлось отвлечься от прорыва “честных” по центру имперцев и срочно переместиться туда, на правый фланг своей армии.

Кондотьеры и баронские дружины фактически распорошили императорскую гвардию своими конными наездами на её бойцов и Магинарий Имерий, начальник гвардии, вынужден был приказать убивать “всех дураков что въезжают в строй гвардии на коне и отказываются вернуться в битву!”

Гибель полусотни баронов и рыцарей, а также трёх десятков простых кондотьеров, убедили остальных не связываться с элитой имперских вооружённых сил, и тогда они начали продавливать иные, не столь мощные отряды, что им попадались на пути: следующей жертвой отступления “резерва” стали отряды из Кельрики и Уммланда.