Наследие и Наследники2: Поход

Далее, если имперская армия решит атаковать без долгого обстрела - убедить её что в лагере нет солдат, а лишь сплошь беднота из поселян и горожан: никаких кольчуг, бригантин или лат - сплошь рваная холстина и тому подобное.

В день битвы бойцы оденут тайно, в повозках, защиту на тела и тут же сверху замаскируют её рваньём, что бы у имперцев не возникло никаких подозрений и они видели картину что и предыдущие дни.

Вместо тяжёлых бомбард, повстанцы завезли на вершину холма около трёх десятков малых, полевых, специализировавшихся именно против кавалерии и пехоты.

Но при этом их всегда днём прятали и ставили на позиции при свете луны, по ночам. Было решено что тропы прикроют арбалетчики и лучники, а бомбарды установить на направлении лишь больших дорог, так как с них может начаться массовое наступление крупными силами противника.

Ежедневно выводили много людей вне стен укреплений, что бы за их спинами проводить работы с установкой ловушек и рытьём рвов.

Если имперцы поверят в слабость армии “честных”, то разгромив их на самой вершине - попробовать гнать вниз, в их собственный лагерь, если же это не получится, тогда “рубаки” останутся прикрывать отход армии Руфуса и взорвут остатки пороха, в качестве мин на пути движения имперской армии. Остальные бойцы "честных", вместе с праведником и пророком, должны будут прорываться обратно в Клин.

Тем временем, перед основными воротами в лагерь еретиков - появились первые ряды имперских штурмовиков с двуручными молотами и топорами, и группы их прикрывающих императорских гвардейцев.

Люди немного замедлили движение, не понимая почему столько их товарищей, из числа рыцарей, уже валяется на земле и рванина, из числа, как они прежде считали, крестьян и городской бедноты,  их, славных имперских воинов - режет как кур, когда раздался сухой, старческий, но всё ещё громкий, голос Руфуса: “Бомбардиры - пали по ним!”

Тут же полтора десятка коротких хлопков прозвучали из повозок, что сплошным рядом, как единая стена, находились сейчас прямо перед имперскими штурмовиками и небольшие ядра, пронесшись с гулом и шорохом в воздухе, начали собирать свою кровавую жатву.

Примерно сотня бойцов имперцев, из первого штурмового отряда - тут же попадала замертво, с вырванными частями тел, оторванными руками или пробитой насквозь грудью.