Наследие и Наследники2: Поход

Для министра Дезидерия, последний отрезок пути к укреплениям “честных”, которые по данным от групп наблюдения за ними построили свой лагерь на холме, что контролировал основную дорогу из Уммланда в Клин, складывался на редкость удачно: за время марша он значительно увеличил лично ему преданные силы, смог убедить низовую и высокую знать, участвующих в походе, в своих способностях к управлению и , что было важнее, в том что сможет их одарить щедро по императорски, в дальнейшем. Переманил на свою сторону Избирателей, что как верные собачки уже буквально ели из рук “престолодержателя”.

Оставалось сделать два последних шага и наслаждаться “бессрочным” правлением  главного  министра империи: первым делом следовало разгромить армию “честных”, которые сейчас активно укрепляли захваченную ими высоту и устанавливали на ней частоколы из брёвен или закапывали по самые колёса свои повозки.

Этот шаг министр считал фактически уже решённым, так как его полуторасоттысячная армия была фактически в пять или шесть раз поболее тех сил, что укрепились на  холме под руководством барона Гундобада, благословением ересиарха Руфуса и активной помощи “рубак” из замка Лабоир.

Полнейшее преимущество в численности и тотальное - в артиллерии, не позволяло министру даже задуматься о поражении: обстрел бомбардами хлипких, как зря наскоро выстроенных, полевых укреплений и атака всеми силами - что бы стальным тараном буквально втоптать в землю и скальную породу проклятых еретиков!

Потом полное уничтожение оставшихся лагерей еретиков в Клину, зачистки городов изменивших империи и всё такое прочее.

Агенты министра сообщали, что в лагерь на холме пошли, примерно, около половины от нынешних “честных”, остальные или остались охранять прочие лагеря еретиков по всему Клину или прикинулись болящими и не захотели первыми встречаться с имперскими войсками.

Среди нестойких духом еретиков распространилась настоящая паника, по поводу численности прибывающей на противостояние с ними имперской армии и даже старые ветераны Руфуса, знаменитые бородачи “рубаки” и те, считают что следовало не давать оборонительного боя, а постоянно маневрировать лёгкими группами и вести тотальную партизанскую войну, не ввязываясь в сражение.

Но ересиарх объявил что скорая ближайшая “мать всех битв” всё решит, а барон Гундобад, который тайно ненавидит “рубак” и строит козни против них - всячески ему в этом поддакивает, не желая терять главенствования войсками среди еретических отрядов.