Наследие и Наследники2: Поход

- вежливо поклонился самый успешный, из доверенных секретарей министра и вышел из кабинета.

--А вы... - ”престолодержатель” указал пухлым пальцем, в перстне с огромным камнем алого цвета, на Анулона и Феофилакта, - завалили вам порученное простейшее дело! Бездари! Но есть вариант хоть немного исправить ситуацию: ночью аресты были проведены и среди командиров инквизиции, но их на указанных ими квартирах было не более трети - остальные у любовниц или на гулянках в городе! Доставьте мне их - или прикончите тех, кто будет сопротивляться! Надеюсь, хоть с этим, вы справитесь?

Феофилакт и Анулон радостно закивали головами и со всех ног, наперегонки, бросились делить свободных минардов и имперских стрелков, на этот раз для арестов инквизиторов или бойни "чернорясных" на улицах имперской столицы.

Министр тем временем спустился в небольшой зал, где должна была произойти его трапеза вместе с тремя имперскими рыцарями, которые своими воспоминаниями могли бросить тень на его, пока что, довольно чистую, по меркам имперских сановников, репутацию.

Уже всё было приготовлено Тарасием к столь странной процедуре поглощения пищи: усажены, за богато уставленный явствами и винами стол, трое пожилых имперских рыцарей, найденных в камерах, в подвале главного столичного штаба трибунала инквизиции - их умыли и переодели, и теперь они выглядели вполне пристойно, а не как нищие, после того как попали под лошадь в дождливые день вблизи свалки.

Сзади рыцарей и на всех дверях, стояли посты охраны из минардов, что явно указывало на то, что этим трём рыцарям не позволят выйти просто так и всячески пресекут, самым грубым образом, их попытки откланяться и вернуться в свои имения в провинциях.

Секретарь Тарасий развлекал беседой "ни о чём" гостей и лишь при виде Дезидерия встал, и подошёл к своему хозяину: “Болтуны! Много лишнего помнят и с удовольствием рассказывают.

Главный имперский министр печально покачал головой, словно бы скорбя о подобной отличной памяти, в их преклонные годы, у сидящей за столом троицы бывших пленников инквизиции и внезапно искренне засмеявшись, что стоило ему немалых усилий, спросил у смотревших на него рыцарей: “Вот мы снова и свиделись! Доброго утра.