Послушник забытого бога

Если будет совсем стрёмно, произнеси моё истинное имя, станет легче.

С этими словами образ ласки, паривший передо мной в центре зала, начал приближаться и растворяться. И когда мне уже показалось, что я остался в одиночестве, до меня донёсся шёпот, от которого у меня встали дыбом волосы. Всего одно слово, значения которого я не понял, но тем не менее вызвавшее у меня необъяснимый трепет: «Спинфирас».

Постояв с полминуты и по выработанной за годы учёбы в Лесной школе привычке (с которой мне теперь ещё нужно освоиться) приведя дыхание и пульс в норму, я пошёл на выход.

На улице уже смеркалось, а ведь я пришёл сюда днём. Нужно было поторопиться домой, пока совсем не стемнело. Розовая луна на небе вызывала когнитивный диссонанс. Какого цвета должна быть луна? Память выдала сразу два ответа: голубого и розового, а вслед — критическую ошибку в виде болевых сигналов.

Назывался спутник в этом мире тоже иначе. Но один фиг, луна она есть луна. И вот ведь зараза, впарил мне опцию встроенного переводчика, а на кой она мне сейчас, если я здесь вырос, а язык, на котором говорят в Свободных Землях, мне теперь тоже родной? И ведь знал же, комок ценного меха, что мне этот его “полиглот” не понадобится, а всё равно впарил.

Кое-как добравшись до «дома», я готов был упасть прямо в прихожей и проспать до утра. Реализовать этот план мне не дала дожидавшаяся меня внизу Белл, которая буквально засыпала меня вопросами о инициации.

— Мне явился Гермигот и связал меня со стихией света, — еле выговаривая слова, ответил я. Про тьму я говорить не стал, а то история и так звучала невероятно.

— Хеди, ты шутишь? — вскрикнула поражённая Белл, забывшая, что все уже спят и нужно говорить шёпотом. Да уж, пора привыкнуть, что, кроме боголаски, Сашей меня больше никто не назовёт.

Чтобы понять ситуацию, я поясню: моя фраза для Белл звучала примерно как для человека из моего мира другая: «По дороге в кабак я встретил лепрекона, и он подарил мне сундук с бриллиантами».

Выдох.

Я вспомнил, как утром все, кого встречал Хеди, желали ему удачи. Сосредоточившись на ощущении тепла и заботы, я из последних сил попытался ощутить любовь. И как только чувство меня охватило, я направил его в руку, словно желал всю её держать на ладони.