Послушник забытого бога

Надо сказать, путешествовать со здоровяком было комфортно. Во-первых, рядом с ним мы с Юми больше не привлекали к себе внимание других путешественников. Во-вторых, несмотря на внешность, Крейг оказался славным парнем. Нет, по его выражению лица можно решить, что он выбирает, разбить тебе череп или не пачкаясь аккуратно свернуть шею, но на самом деле под грудой мышц и мордой кирпичом скрывался настоящий философ.

А ещё он владел специфическим оружием, я так и не запомнил, как оно называется, правда. На вид — толстенный посох, оканчивающийся металлическим набалдашником с шипами и лезвиями.

Как выяснилось, он долгое время жил в одном из авалунских монастырей, постигая стихию света и боевые искусства. Но паладином так и не стал, и однажды покинул монастырь, отправившись в долгое путешествие на поиски своего места в мире.

Как он сам объяснил своё решение:

— Мне не нужна заёмная сила, лишь моя собственная имеет значение.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила тогда Юми.

— Смотри, тебе даёт силы Никки, Хеди — Гермигот.

Я взял себе на заметку, что сила бывает «своя» и «заёмная». Действительно, те, кому благоволило то или иное божество, были искуснее в управлении соответствующей стихией. Но те, кто развивал способности сам, всегда были в особом почёте. Эженэйро, Венг, дядя, да и Мафлид, насколько я знаю, не имели божества-покровителя, но, несмотря на это, их сила как магов вызывала уважение, если не благоговейный трепет.

Крейг тоже с детства был воспитан не брать ни у кого взаймы, а полагаться только на собственные силы. В Авалун же он отправился после того, как Республика стала объединять под своим началом всех, кто жил в пустыне.

Юми поражалась, почему Крейг не жаждет отомстить своим обидчикам. Вот и сейчас, когда мы уже сняли лагерь и отправились в путь, она опять подняла старую тему.

— Не понимаю, что плохого? Кровь за кровь, жизнь за жизнь. Меня всегда учили возвращать добро и зло в тройном размере. — Девочка была уверена в своей правоте и не оставляла попыток убедить в чём-то мужчину, прожившего раза в три больше неё.

— Жизнь бесценна, Юми. Любая жизнь. Однажды ты поймёшь это. Кто мы, чтобы вершить чужие судьбы? — спокойно говорил громила своим басом. — Ты вообще должна сидеть дома и выращивать себе стихийного компаньона-защитника.