Разочарование. Пятый пояс

Потому что во Втором поясе не было никакой платы и не было таких выходов. Всё же мне нужно, нужно узнавать больше о жизни в Пятом поясе, а не торчать с утра до вечера в подвале, поглощая стихии и тренируя техники. Когда бы только всё успеть?

К счастью, Пиатрий вместо меня дал объяснение моей оплошности:

— Я тебя даже понимаю, сам, когда стал Предводителем, пару раз забывал, что теперь не могу сидеть в городе и обходиться налогом камнями. Надеюсь, и эта глупая традиция ещё при моей жизни уйдёт в прошлое. Каждый должен заниматься своим делом.

Если я управляю алхимической мастерской, то что мне делать на Поле Битвы? Лишь зря трачу деньги на свой отряд, будь всё это проклято. Давай так, собрат Орзуф. Эти же дни ты выдержал? Предлагаю пять дней подвал, два дня свободных на лечение меридианов, затем неделя лечебница и неделя выхода для семьи Ян. Со свободными неделями решим отдельно. И пока договоримся на три месяца работы с ингридиентами. Как тебе такое предложение, собрат?

Думал я недолго:

— Согласен.

Пиатрий расплылся в улыбке:

— Отлично, отлично, собрат Орзуф. Мы только собираемся открыться и в первые дни будет очень и очень много работы. Поэтому, собрат Орзуф, предлагаю тебе сразу отдать долг семьи Ян и стать свободным на ближайшие два месяца.

И снова я кивнул:

— Согласен. Но пока не услышал цены моей работы. Или ты думаешь, собрат, и дальше платить свитками за каждую неделю работы?

Пиатрию чай пошёл не в то горло. Откашлявшись, он улыбнулся, но улыбка его была тусклой.

— Собрат, Орзуф, ты верно шутишь?

А вот моя улыбка была широкой и сияющей.

Поглядим, сколько я сумею выжать из него.

Обычно я и ел там же, где ночевал — в небольшой комнатке на первом этаже внешнего двора мастерской. Обычно, но не сегодня. Пиатрий лично расплатился со мной за сегодняшний день работы, за прошлые, вручил свиток и два стихиальных зелья для Предводителя, просил подождать, пока горит малая палочка и для меня готовят гостевую спальню на внутреннем дворе. Я покивал, сделал круг вдоль алхимических каморок, а затем ноги сами понесли меня прочь со двора.

В голове крутились десятки вопросов и пришёл я в себя, уже сидя в харчевне. Единственной, которую знал в городе. Той самой, напротив Павильона Пяти Удовольствий, куда я обещал вернуться и хотел с этим обмануть.

На миг меня передёрнуло от воспоминаний, но я так и остался сидеть и с каким-то мрачным отвращением глядеть на тех, кто поднимался и, конечно же, спускался по лестнице Павильона.