Княжич Соколов. Том 2

И без зрительного контакта я ощутил, насколько неохотно Феликс перелез через ограждение и с какой опаской опустился на довольно узкий для его комплекции выступ.

— Не обязательно же сидеть прямо тут, — сглотнув ком в горле от вида проплывающего под самыми ногами облака проговорил Феликс и вжался в бетон всем телом.

— Обязательно, — безапелляционно заявил я, не имея ни малейшего желания уходить, — потоки ветра тут на окраине ощущаются куда лучше.

Не говоря уж о игриво пульсирующем в груди восторженном чувстве полета, накатывающем волнами вместе с каждым порывом ветра, стремящимся сбросить меня вниз.

— Уверен, Артем, лишняя пара метров вам никак не помешает... — изо всех сил стараясь не смотреть вниз проговорил Феликс.

— Вы ведь сами выбрали это место, — возмутился я и перевел недовольной взгляд со сверкающего ночными огнями горизонта на ссутулившегося амбала в тканевом черном пиджаке поверх белой футболки.

На лацкане его пиджака красовался небольшой значок департамента природных ресурсов и экологии Российской империи.

— Крышу, а не... а не «это», — нервно взмахнул Феликс рукой и, на миг потеряв равновесие, едва не соскользнул вниз под очередным порывом ветра.

Секундой спустя, довольно шустрый для своих габаритов Феликс уже стоял в метре позади, мертвой хваткой вцепившись в ограждение и прожигал мою спину взглядом полным ненависти и постепенно угасающего страха.

И зачем тогда было назначать встречу здесь, если боишься высоты? Странный какой.

— Это не я, — на всякий случай обозначил я свою полную непричастность к порыву ветра, едва не сбросившему сто двадцати килограммовую груду мышц со второго по высоте небоскреба столицы.

— Знаю, — раздался осуждающий рык позади, — тут всегда так. И именно поэтому адекватные люди придумали ограждения.

— Ладно, Феликс, — вздохнул я и поднялся на ноги, — если вам так спокойнее, можете стоять там.

— Конечно спокойнее, как и любому здравомыслящему человеку, — убежденно выпалил Феликс и слегка расслабился.

— Славно, — пожал я плечами, начав вальяжно расхаживать по самой кромке уступа, мерно покачиваясь на ветру, словно парус.

Сколько же силы было в бушующей вокруг стихии. Я чувствовал ее каждой клеточкой своего тела и навряд ли бы мне хватило нынешних запасов эфира чтобы укротить ее всю. Оттого ощущение завораживало еще больше.

— Так что такого вы не могли рассказать в полностью защищенном от прослушки доме, но сможете здесь? — продолжил я, окинув гвардейца вопросительным взглядом.