4. Меч и Магия: День Разрушителя

Уроки, данные Артемаром, не прошли зря и отныне, юноша понимал, как держать в руках имперский полуторный меч, но едва ли этих навыков было достаточно, дабы стать оруженосцем на службе рыцаря или имперского чина.

Привыкший к древку копья Лайм много ошибался, его руки сковывала усталость, а треугольный щит то и дело уходил в сторону, открывая уязвимые окна. Кристофсон, тем не менее, продолжал наседать, неумолимо требуя от юнца выполнения поставленной задачи.

- Следи за ногами! Не проваливайся! Вот так! И… в два такта! Выпад, блок! Шаг, выпад…!

- Знаешь, а мне его даже жаль, - приняв из рук товарища плошку с едой, протянул Артемар.

- Сам знаешь, мы не обучим его верховой езде в столь короткий срок, - поддувая свою порцию похлёбки, ответил капитан Фарбрук. – Даже на кобылке. Для этого нужно пространство, а ещё важнее - время.

- Уж не подумываешь ли ты взять его в нашу бригаду? – Арти улыбнулся.

- Лайм - способный парень, но ему ещё многому предстоит научиться. Слишком многому. Будущее всё покажет, а пока… я просто рад, что можно хоть ненадолго избавиться от этого инквизитора.

- Тот ещё суки сын! - хмыкнул Арти. На бледном лице расцвела улыбка.

- Вижу, ваши проблемы остались позади.

- Я всё ещё считаю его мудаком, - Артемар пожал широкими плечами. – Ублюдок надрал мне задницу, наговорил много дерьма, но теперь он имеет на это право. Кристофсон – болтун, но не пустозвон.

- Не думал, что ты примешь это. Он вёл бой не по чести, не так, как подобает рыцарю.

- Так он и не рыцарь, - усмехнулся Арти. – Победа есть победа, Филин. Я не буду искать оправданий, но надеюсь, что рано или поздно, болтун даст мне реванш. Хе-хе! Или отстаивать честь нашей школы придётся тебе.

- Рано или поздно это случится, дружище. Но не сейчас.

- Капитан Фарбрук! – раздался голос одного из соратников. – Разрешите доложить! Разведчики вернулись.

2

Все окрестности лесной чащи оказались перевёрнуты с ног на голову. Древесные стволы выгнуло некой немыслимой силой и закрутило в спирали. Землю изрывали следы, словно чудовищного размера плуг избороздил всё видимое пространство. Трава иссохла и даже сама земля, казалось, утратила жизнь, превратившись в пепел. Лозы растительных пут обвивали десятки тел разной наружности и степени иссушения.