4. Меч и Магия: День Разрушителя

Вокруг воцарилось безумие – агония полномасштабной войны. Имперская пехота собрала монолитный строй по каждое направление битвы. Защищённые со всех сторон стрелки без всякой опаски осыпали залп за залпом на головы врага. Молитвы и чудеса Эльрата наполнили окружение, а кавалерийские «копья» предприняли тактическое отступление с целью перегруппировки и последующего удара. Первое, что сумел заметить Бакрут, это всяческое отсутствие союзных имперских войск, что отступили прочь, не желая учувствовать в сражении. Отсутствие союзников ещё сильнее усугубило численное превосходство врага, а его нынешнее тактическое преимущество и плотность имперского строя сводило на нет обыкновенную тактику орочьих воевод.

Даже могучие багатуры оказались не в силах прорубиться сквозь построение врага и открыть путь к его тылу. Повсюду слышался рёв и агония битвы. Проигранной битвы. Орочья кровь напитала землю, предав ей багряный цвет.

- Хватит! – подобно грому на ясном небе прозвучал голос вождя. Бакрут вырвался на передний фланг, подняв над своей головой знамя переговоров.

– Гурда! Люди! Кто ведёт ваши войска?

Битва замедлила ход.

- Значит, ты и есть Бакрут, вождь клана «Железного Кулака»? – послышался голос из ставки вражеского командования. Главнокомандующие верхом на конях держались в глубоком тылу, неся на себе символику герцогства Волка и первые очертания красных крестов. – Честно, я ожидал большего.

- Бой закончен! – прогремел вождь. – Люди… победили.

- Пришёл сюда, просить пощады? – продолжил вещать генерал.

Слегка ударив шпоры, рыцарь выступил вперёд, наблюдая за переговорщиком из седла. – Время обозначить позиции…

Бакрут понял без слов. Старый орк спешился и навострил взор на повелителя людских армий. Рыцаря выделяла стать, его голос, казалось, выражал полное безразличие к происходящему вокруг, а искушённый в битвах разум продолжал взвешивать ситуацию на поле брани даже в тот момент, когда битва более не имела смысла, а враг отступал.

- Останови солдат! – продолжил рычать вождь. – Орки сложат оружие, если рыцари позволят уйти.

- Уйти? – генерал усмехнулся. – Вы сражаетесь в чужой войне, под чужими знамёнами. Вам плевать на идеалы рыцарства и наш кодекс. Почему я должен проявить милость? – протяжная минута, казалось, длилась целую вечность и сменилась ленивой невербальной командой. Тут же прозвучал горн - сигнал имперским войскам. Вскоре, сражение стихло. Генерал продолжил вещать: – Интересно другое. Я слышал Бакрут Железный Кулак – умелый воевода.