Алекс. Безродный

Я, конечно, во многих передрягах побывал, но ЭТО какой-то звездец!

Мне ужасно хотелось сломать пинавшему меня придурку ногу, но… я пока был не в том состоянии. Я расслабился, насколько смог, и сосредоточился на ощущениях в поисках того, что можно использовать для освобождения. Верёвку, конечно, и перегрызть можно было, если изловчиться, или выбраться из неё, выбив пальцы. Вот только через несколько минут осторожных попыток пришлось признать, что бандюганы знали своё дело. Связали добротно.

Несмотря на тычки этого урода, который решил развлечься избиением меня, я не только занял удобное положение и расслабил затёкшие мышцы, но и наткнулся на старый гвоздь, шляпка которого торчала из доски «кареты».

Я, приложив немало усилий, чтобы смена положения не бросилась в глаза надзирателям, подтащился к шляпке гвоздя и, поудобнее устроившись, начал перетирать верёвку. Результат чувствовался уже через какое-то время. Час или два, точно не знаю. в подобной ситуации внутренний будильник сбивается очень легко.

Руки стали куда свободнее, но действовать я не торопился. Верёвки всё равно уже держались на честном слове: одно движение – и я на свободе… Хе-хе… На всякий случай порвал ещё парочку нитей, чтоб уж точно лёгким рывком избавиться от пут, и замер, стараясь сильно не отсвечивать.

Я понял, что мы практически приехали, когда уже привычные звуки заглушил гомон людей. Возникло ощущение, что заехал на базар, так как шум резко ударил по ушам.

Телега остановилась. Меня подхватили под руки и куда-то потащили. Я даже не пытался сопротивляться и с молчаливой обреченностью неуклюже перебирал ногами.

Идти далеко не пришлось. Лёгкий толчок в спину отправил меня вперёд. С трудом подавив рефлекторные движения по смягчению удара, я упал боком и быстро перевернулся на спину, изображая простачка. Даже попытался отползти от неизвестных, которые откровенно ржали. Видимо, в их глазах я был подобен жалкому червю.

Какие вы, сука, счастливые... Смейтесь, пока можете. Скоро у вас этой возможности больше не будет!..

— А-ха-ха, вот жук! Смотри, щас уползёт от нас! А-ха-ха! Брайкс, держи его! А-ха-хах, — откровенно насмехался надо мной новый мерзкий голос.

Как-то чересчур наигранно, как по мне. Злодейский смех – целое искусство! Он должен быть глубоким и пробирающим до глубины души, чтобы бросал в бесконтрольную дрожь. А не вот это вот...