Гарпия

 — Тебе вообще следовало бы больше читать и проводить времени за атласами в библиотеке, брат Йоген. Тогда бы ты, быть может, знал, что за серпы лежат у меня на столе. Здесь, конечно же, этих книг нет, но тебе придётся поверить мне на слово. Это серпы тех, кто отказался от полёта и вкусил человеческой плоти. Даже если Кирхе-Альма и не причастна к этим конкретным нападениям, само наличие этого серпа у неё красноречиво говорит о том, что она такое!

Нет, в это я не мог поверить. Только не Кирхе!

— Но ведь гарпии-людоеды теряют разум?

— Кто сказал это тебе? — судья вопросительно приподнял кустистую бровь.

Я промолчал. Смысл озвучивать то, что он и так знает?

Судья-дознаватель навис надо мной молчаливой обвиняющей скалой, а я внимательно смотрел на пару острых, как бритва, серпов на столе и гнал безумные мысли из головы.

Намус Грод забрал оружие со стола, избавив меня от страшного искушения. Слова судьи звучали очень убедительно, и быть может, где-то в глубине холодного разума я и был с ним согласен, но здесь и сейчас не верил ни единому его доводу.

Интересно, как нежелание верить словам влияет на восприятие очевидных вещей? Смог бы хоть кто-то убедить меня в виновности Кирхе-Альмы в тот момент? Сомневаюсь.

— Неужели ты считаешь меня насколько недальновидным? Неужели ты не подумал, что я дал ей шанс! — судья-дознаватель повысил голос, но тут же взял себя в руки и продолжил уже гораздо спокойнее. — Я же мог взять под стражу твою Кирхе прям там, у камня, когда я просил её заняться твоими ранами.

Мог прямо там пригвоздить её к этому валуну — и дело с концом! Но тогда я поступил бы глупо и точно потерял бы тебя. А сейчас у меня есть живое доказательство того, что она убийца.

— Тогда зачем ей было меня лечить, тем более с таким трудом? — задал я резонный вопрос.

— Ровно затем, чтобы кто-то задумался над этим, быть может? Ты всегда был мне очень хорошими глазами и ушами, но ум всегда был вот здесь, — Намус Грод указал узловатым пальцем на свою блестящую голову.

 — Ты снова хватаешься за соломинку. Оставайся в этой комнате, ешь, спи. И отходи от морока гарпии, проникшего в твою голову.

Судья-дознаватель направился к двери комнаты, зажав завёрнутые вновь серпы подмышкой.

— Господин Грод! — окликнул я его уже, когда он собрался стучать стражникам с той стороны.

— Что, Йоген? — он смотрел на меня, как добрый дедушка смотрит на нерадивого внука.