Симфония Луны и Солнца

Однако напоминать об этом ему никто не осмеливался, так как Борбас был не только ниже людей ростом, но и заметно их сильнее, что неоднократно демонстрировал перед всей деревней. По той же причине люди вынуждены были терпеть и его подколки – Борбас называл «мальками» всех, кого хоть раз побивал в кулачном бою, в борьбе или на палках, а также и тех, кто отказывался биться с дворфом. Взирая на Борбаса сверху вниз с высоты своего роста, крестьяне стоически выносили данное им дворфом прозвище и даже с готовностью на него откликались.

– Клянусь моим сломанным копьём! – воскликнул Фок, не придумав ничего лучше. – Можешь спросить у моего брата, он подтвердит.

– Он подтвердит всё, что ты ему скажешь, – напомнил Фоку Борбас. – А чем бился этот кровосос?

– Голыми руками! – съёжившись от ужаса, воскликнул парень. – У него когти, как кинжалы, а клыки длиннее языка. Он быстрее волка и сильнее медведя. Клянусь!

– И как же тогда вы от него убежали, а, малёк? – снова сложив на груди руки, спросил Борбас.

– Я не знаю…Мы просто бежали со всех ног. Наверное, он был сыт, потому что когда мы его увидели – по его подбородку уже текла кровь, – предположил Фок.

– А вы его хорошо рассмотрели? Ты уверен, что это был кровосос? Может, просто зверь какой повадился...

– Он стоял всего в паре шагов от меня, как ты сейчас! У него были уши, как у эльфа и седые, как у мертвеца волосы. А кожа до того перепачкана могильной землёй, что казалась чёрной.

Я хорошо помню, что видел!

Борбас задумался. Ему было нечего больше предположить, и допрос на этом этапе закончился. Однако дворфа всё же терзали сомнения. Он не сильно боялся вампиров и прочую нечисть, существует она или нет. Но поверить в то, что вот так просто в королевстве людей завёлся вампир, прямо на дороге нападающий на путников, было не просто. В детстве и ранней юности Борбас повидал множество городов и деревень на востоке, где далеко не так мирно и спокойно, как здесь в Кармеоле.

Там тоже живут люди, встречаются эльфы, дворфы и некоторые другие расы, однако закон там не имеет такой силы, как на западе. Местных королей то и дело свергают тираны, которых затем сменяют соседние царьки-завоеватели только лишь для того, чтобы быть убитыми в ходе очередного восстания. Каждый из них пишет собственные законы и правила, и народу приходится постоянно перестраиваться.