Да, я счастливчик, и что с того?! Том 2

Чуть ли не во всех подробностях вспомнил ту роковую смену, под конец которой меня приложило балкой. Та же острая боль в затылке, потеря сознания. Почти тот же завод…

Я оказался в просторном темном зале в окружении заброшенных месяцами, а то и годами станков. Занесенная пылью и орошенная выбитыми стеклами, конвейерная лента зловеще поблескивала в лунном свете, льющимся из огромных окон.

Почему нам не завязали глаза?

— Гордеев! — жалобный вой Полиночки привел меня в чувства еще быстрее.

Дернул руками — не поддаются.

Мы с княжной были привязаны к двум одиноко стоящим в центре зала стульям, спина к спине. Скрежет издавали их ножки, потому что Полиночка отчаянно старалась выбраться, но лишь без всякого результата двигала стулья туда-сюда.

— Я тут, — оповестил ее о своем пробуждении.

Скорее, прохрипел. В горле пересохло. Дико хотелось приложиться к горлышку бутылки с ледяной минералкой, но уже догадался, что здесь не наливают.

— Помоги перевернуть, — снова заерзала девушка, наклоняясь то вправо, то влево.

— А смысл? — коротко поинтересовался я. Как же сильно горло драло даже из-за пары произнесенных слов, твою мать… — Думаешь… думаешь, они не позаботились о том, что мы попытаемся свалить?

— Таких, как ты, называют пессимистами! — не унималась Полиночка. — Давай же, ну помоги мне! Не мужик, а тряпка какая-то!

— Просто не бегу впереди паровоза…

— Да завали ты вообще! Толку от тебя с гулькин пиструн! Сама как-нибудь… справлюсь…

Вот, в какой ситуации нам пригодилась бы ее сегодняшняя вечерняя трапеза.

Запасов хватило ненадолго, и вряд ли посреди заброшенного завода мы наткнемся на какую-нибудь «Вкусную точку».

Разумеется, я и сам жаждал выбраться отсюда, но насколько хватит моего резерва? Если ненамеренно исчерпаю его до пары единиц, всё закончится еще хуже, чем могло бы. Любое намерение следовало держать под тотальным контролем, а рационально мыслить, сдерживая себя, невероятно сложно.

Попытался забраться в карман штанов, чтобы выудить кубики, но путы держали крепко. На совесть замотали.

— Какие люди и без охраны, госпожа Разумовская, — выступил к нам из полумрака плечистый мужской силуэт.

— Вот моя охрана! — не поддалась Полиночка на провокацию. — Сделай же что-нибудь, пёс шелудивый, — громко шепнула она мне на ухо, но всё мое внимание сосредоточилось на мужике.

Еще несколько шагов, и я сумел разглядеть его рожу. И убедиться, что никто с такой рожей мне прежде не встречался. Взгляд скользнул по нашивке на куртке. Всё та же, с алым пламенем.