Эдемский Маг. Том III

— Я же говорил, что я сильнее тебя, умнее, что я справлюсь, но ты до последнего не верил в меня, Создатель. Покойся с миром, автор всех ужасов и страхов людей Нижнего мира!

Белая, нежная, будто бы женская рука Демиурга коснулась развороченной груди Бога, сжала небольшой пульсирующий орган и выдернула его, поднося к своему рту, к своим тонким губам. В нём чувствовалась магия, настоящая и такая манящая. Белые зубки Демиурга вгрызлись в орган Бога, мятежник жадно выпил этот выливающийся желтый сок.

Тело почувствовало магический прилив.

— Да, это то что мне нужно было столько лет. Магия, оживи моё старое тело… — он поднял орган над своей головой, надавил и искупался в этом оранжевом магическом соку, который словно пробудил его от долгого сна. — Наконец-то я почувствовал это. Как же мне всего этого не хватало, боже мой. Какое же наслаждение… — жёлтый бьющийся орган исчез в маленьком рту Демиурга. Исчез, чтобы вернуть утраченные златовласым красавцем магические силы.

— Демиург, ты рехнулся? Ты обезумел? Что ты творишь, Деми? Нет… Клейтон! Бездушная мразь! Он подарил тебе дом, жизнь, вложил в тебя частичку самого себя… Я никогда тебя не прощу, Клейтон! — неистово закричал эдемский маг, раскручивая посох и выпуская огненного дракона, закрутившегося в воздухе и проносящегося по рядам демонов как уничтожительный смерч.

— Как мы заговорили. Клейтон, да? Саркис, ты же помнишь что и тебя зовут совершенно не так. Не притворяйся, не отрекайся и от своего имени, маг, — ухмыльнулся Клейтон, раскинув руки в стороны и чувствуя магию, ощущая её кончиками своих тонких пальцев.

Приятная дрожь прошлась по его телу. Внутри него происходило что-то неописуемое, как будто мятежник впервые сделал глубокий глоток свежего воздуха. Его лицо смотрело на алое светило, смотрело вверх, и казалось, будто его душа возносится куда-то вверх, куда-то к тёмному беззвёздному небу слившегося воедино нового мира.

Дракон выдыхал плотные струи огня, проходящие сквозь развернувшихся к нему демонов, плавившие их лица, превращающие их и без того кривые руки в обожжённые старые ветви.

— Я не забыл. Не имею права забыть. Меня зовут Клейтон… — полушёпотом сказал Саркис, опуская голову от горестного осознания, от воспоминаний, от всей этой горечи, что подло напала на его сердце. — Я отказываюсь от своего имени, Клейтон. Я не хочу быть связанным с тобой, предатель.