Молот империи (часть 4)

Это мой подарок вам, от одного воина другому. Заодно увидите высадку. Ваш прадед перевернулся бы в гробу от такого.

— Я не впечатлён, — сказал я. — Обычное корыто.

— Корыто?! — Накамура вскричал так, что брызнул слюной. — Да что бы ты понимал?

— Адмирал, — толстяк устало вздохнул. — Опять вы о своих кораблях? Важно другое. Сегодня война наконец закончится. И мы, те, кто не застрял в прошлом, выйдем в будущее. А вы, — он посмотрел на меня. — Вы в этом прошлом и останетесь.

— Как знать, — произнёс я. — Вы говорите, чтобы я умер от скуки? Пока не выходит, но у вас неплохо получается.

— Достаточно, — сказал Тихонов. — Генерал и принцесса здесь. Сделка выполнена, флот вот-вот начнёт высадку, а мы все здесь готовы на всё ради будущего, верно?

— Да, наместник и будущий Наблюдатель, — толстяк поспешно отошёл от нас. — Ваше Императорское Высочество. У меня при себе список условий, с которым вам надлежит ознакомиться, если вы хотите вернуться домой. И отойдите подальше от генерала Загорского.

— Список? — тихо спросила Катерина.

— Да, — толстяк протянул руку, и ему вложили в неё коричневую кожаную папочку. — У нас нет цели как-то вредить императорской династии. От вас в первую очередь требуется, чтобы вы приказали сложить оружие…

— У меня одна просьба, — Громова посмотрела ему в глаза. — Не могли бы вы отвернуться и наклониться, чтобы я взяла эту вашу папочку и запихала её в вашу толстую жопу!

Она повернулась ко мне.

— Это грубо?

— Да, — я скрестил руки, при этом ещё сильнее заворачивая рукава.

— Точно. Пожалуйста, — протянула она с милой, но ехидной улыбкой.

— Вы как ребёнок, Ваше Высочество, — толстяк покраснел. — В любом случае, вас сегодня увезут в столицу, и вам придётся всё подписать. А пока отойдите.

— Отойди, — шепнул я Катерине и подмигнул. — У меня всё под контролем.

Пусть лучше запомнит меня таким, стоящим на своих двоих, с цепями в руках. Я не буду смирно ждать казни, как баран перед мясником, просто опасаюсь, что задену её цепью.

— Дом Накамура любезно предоставил нам оператора, так что мы хотим засвидетельствовать окончание войны и гибель последнего упрямца, — не скрывая злорадства произнёс толстяк.

В стороне стоял парень в кепке и клетчатой куртке и настраивал аппарат, стоящий на деревянной треноге. Камера с ручкой, я такие видел.