Эргоном: Час ассасина

- Нам нужен тот, кто разбирается в арабском языке, - улыбнувшись, отозвалась Голицына. – Если вы сможете помочь, будем очень благодарны.

Аспирант медленно распрямился, вытащил из-под мышки тубус и положил его на полку, не сводя с Софии глаз. Кажется, даже плечи расправил и втянул живот. Так, отлично. Похоже, он в лепёшку разобьётся, чтобы помочь с переводом.

- Барон Скуратов, - представился я, на пару секунд заставив его отвести от девушки взгляд. – Моя спутница – София Голицына.

- Егор, - проговорил аспирант, снова поклонившись.

София снова улыбнулась, на этот раз ещё лучезарнее.

- Уверена, это в ваших силах, - пропела он, доставая фотографии. – У меня проблема с переводом. Вернее, с фонетикой. Взгляните, - она протянула аспиранту снимок с символом, обозначающим «оборотень».

Наш собеседник усмехнулся.

- Разумеется. Оно в этом городе известно каждому. Честно говоря, я удивлён, что вы показали мне именно его. У вас оно действительно вызвало затруднение?

Было заметно, что аспирант искренне удивлён. Впрочем, учёным свойственно полагать, будто то, что относится к узкой сфере их интересов, общеизвестно.

- Да, я знаю перевод, но хотела бы услышать, как оно произносится, - сказала София.

- Само собой. Гуль!

- Гуль?! – переспросила после краткой паузы Голицына.

- Ну, да, - аспирант протянул ей фотографию. – Оборотень по-арабски это и есть гуль. Существо, притворяющееся человеком, чтобы заманить жертву и сожрать. Демон, выдающий себя за кого-то другого. Мне жаль, что вы приехали из-за такой ерунды. Могу я ещё что-нибудь сделать для вас?

Мне показалось, что он едва сдержался, чтобы не добавить «пожалуйста».

София покачала головой, глядя на снимок.

- Нет, спасибо. На самом деле, вы очень помогли. Хорошо, что мы не стали ждать профессора. Он бы, наверное, принял нас за идиотов, - она рассеянно улыбнулась аспиранту, но было заметно, что мысли Голицыной далеко от этой комнаты.

- Ну, что вы! – запротестовал, нервно поправляя очки, тот. – Никто вас не принял бы… ни за кого… такого!

- Наши благодарности, - кивнул я, решив, что мы выяснили, что хотели, и пора убираться. – Простите, что отвлекли.