Монстры Алекса. Книга I

Пальцы погрузились в мягкий ворсистый ковёр. В комнате светло, солнце за окном стояло высоко. Где-то заржала лошадь. С улицы доносился людской говор, перестук тренировочных мечей.

Странное ощущение наполняло правую руку. Будто бы кость под кожей чесалась. Но видимых повреждений не было.

Так, а где он вообще? Скорее всего, в гостях у Родрика. Видимо, Алекс вырубился прямо на коне, на подступах к городу, и его уже волоком дотащили рыцари.

Внезапно дверь распахнулась и внутрь вошла служанка. Сарафан подчёркивает стройную фигуру, ткань на пышной груди так натянулась, что завязки едва сдерживают ее, по спине струится толстая чёрная коса.

В руках служанка несла стопку одежды: свёрнутую рубашку, брюки, исподнее. Вспомнив о своей наготе, Алекс потянулся за одеялом и прикрыл им бёдра.

Девушка бросила откровенный взгляд на его голый торс, заострила внимание на груди, животе, несмело глянула ниже. В её глазах почему-то сверкало восхищение. Это озадачивало. Вообще-то Алекс не отличался выраженной рельефной мускулатурой.

— Сир, вот ваша чистая одежда. В утреннем омовении нет большой нужды, — произнесла служанка с робкой улыбкой, кладя одежду на край постели. — Но если хотите, я прикажу налить вам кадку и позвать мыльщиц.

Кровь прилила к щекам Алекса. Местные обычаи были ему в диковинку. Он привык, что принятие душа — абсолютно интимное занятие, и неважно, кто ты: студент или президент страны.

Быстро преодолев лёгкое смущение, Алекс сказал:

— Не надо пока кадок с мыльщицами, — он правда ощущал себя чистым, волосы на голове аж скрипели. — А кто меня уже омыл?

— Ваша покорная слуга Трейси, — девушка поклонилась. Из её улыбки исчезла робость, взгляд служанки не отрывался от Алекса, на щеках образовались довольные ямочки.

Алекс бросил равнодушный взгляд на яркий сарафан служанки. Трейси стояла, словно в ожидании, — дородная, полная жизненных сил, кровь с молоком. “Почему она не уходит?” — подумал Алекс. Снова посмотрев на сложенную одежду, он тут же догадался.

— Спасибо, Трейси, но оденусь я сам.

Служанка надула губки, тут же отстранилась, помешкав, развернулась и пошла прочь. Широкие бедра демонстративно виляли. Не успела Трейси выйти, как в коридоре раздались гулкие шаги.