Вернуть Боярство 2.

Собственно, окрестности Северска давали почти пятую часть доходов со всей Александровской губернии, что размерами втрое превосходила коренные земли Франции.

— Да, отец, — подняла голову Хельга. — Я хотела к тебе с просьбой, которую ты, надеюсь, удовлетворишь.

— Каком же, моя принцесса? Говори, и если это в моих силах — я обязательно это сделаю, — улыбнулся Павел.

Хельга почти никогда ничего не просила. Ну лишь изредка — какой-нибудь заковыристый артефакт или книгу магии, которую в открытом доступе не достать.

Девочка страстно увлекалась магией — артефакторикой, алхимией, боевой магией и заклинаниями редких школ магии — Света, Тьмы, Призыва, Друидизма, Звёзд и многих других, познаниями о которых владели лишь древнейшие и сильнейшие из Родов. Что не могло не радовать Павла Александровича — ведь дочь унаследовала отцовский талант, и его не могло не радовать то, что она стремиться к силе и знаниям.

— Я хочу отправиться в Кондратьевск, — заявила она. — В чине младшего офицера, под прикрытием, что бы никто не знал что это я.

Разумеется с изменением ауры, внешности и соблюдением всех возможных правил конспирации.

— Это туда, где обретается изгнанное отродье Шуйских? — недовольно поморщился Павел.

— Он дважды спас мне жизнь, — твёрдо поглядела отцу в глаза Хельга. — Пожалуйста, не говори о нем в таком тоне.

— Если быть точным, то во второй раз тебя спас не он, а Антон Зарецкий, старый слуга их Рода, — проворчал генерал-губернатор. — Ну хорошо, допустим всё так.

Но зачем тебе ехать туда, дочь моя?

— А что меня ожидает где бы то ни было, отец? — поинтересовалась в ответ дочь. — Улыбки в лицо и шепот за спиной о том, что я ублюдок, рожденная от любовницы? Отец, жизнь в роли бастарда совсем невыносима. А когда я была рядовым офицером в учебном полку, я жила нормальной жизнью. Друзья, сослуживцы, конкуренты — и никаких признаков «высшего света», со всеми его лицемерами и лжецами! Пап, я впервые была по настоящему жива!

— А ещё молодой и красивый парень из боярского Рода, пусть и изгнанный, но весьма учтивый, талантливый и хорошо к тебе относящийся, верно? — с улыбкой продолжил Павел Александрович.

На это Хельга молча опустила голову. Щеки девушки тронул чуть заметный румянец, но она всё же справилась с собой.

— Это не то, что ты думаешь, отец, — начала было девушка. — Я...

— Два месяца, — перебил он её. — Два месяца усиленных тренировок, а затем экзамен, который буду принимать лично я.