Первый ученик

– Откуда только знает, когда мы с Кисанкой? Ик…. Ходит за нами, что ли?

– Мертвые не видят, как мы ходим и что делаем. Они чувствуют. Она ощущает ваш эмоциональный подъем…, – парень посмотрел в пустые глаза заказчика и не стал продолжать. Тот не понял и половины слов.

– Чертова семейка… ик… – пьяный развернулся. – Пацан сбежал, Ирыч сдох, потом Иш, – он пошел к двери.

– Семейка? – удивился Грош. – Иш и Ирыч – родственники?

– Точно, чернорубашечник. Рутка – двоюродная… ик…. сестра Ишки, – мужик взмахнул рукой, задев косяк.

Минут через пять блуждающий отдалился. А потом и вовсе исчез. Макс встал, потянулся и сбежал с крыльца. Долго клиент не продержался, скорей всего, уснул, став призраку неинтересным. Не то, чтобы вернувшиеся не атаковали живых во сне, атаковали еще как, но именно этот предпочитал бодрствующую жертву, находящуюся на эмоциональном пике.

Макс прошел Некропольский насквозь, мысленно перечисляя хвосты Ирыча, о которых ему рассказала библиотекарша.

Он не понимал, куда и зачем идет, пока не увидел перед собой красный забор.

«В Некропольский к свояку подался», – так пытался объяснить причину отсутствия хозяина Игрок. Мир показался Грошу не просто тесным, а съежившимся, словно ореховая скорлупка. Все было рядом, все было здесь в доме, где еще недавно сжигали вещи. Парень распахнул калитку. Он не следователь, не официальное лицо, но женщине придется если не поговорить, то выслушать.

Дверь открылась, едва он сделал пару шагов по дорожке. На крыльцо вышла худая тетка в мешковатом свитере с натянутыми до кончиков пальцев рукавами. Казалось, в этот летний день она мерзнет. Когда он приблизился, Рутка грубо и одновременно беспомощно проговорила:

– Вам придется подождать, пока я не продам дом.

Грош молча поднялся по ступеням.

– У меня нет денег, – она отступила к распахнутой двери, вскидывая руки в извечном защитном жесте. – Сколько он вам должен? Я все отдам, но…

– Ваш муж нанял псионника, – то ли спросил, то ли констатировал факт он.

Он прошел мимо нее в дом, и женщина не стала его останавливать. Внутри царила разруха. Сломанная мебель, сваленные как попало на стульях и столе вещи, выброшенный ящик комода, треснувшее зеркало на стене. За потертую рамку воткнута фотография.