Верховный

Сами холмы также успели обрасти всевозможной растительностью: деревьями и кустарниками. Мраморные пьедесталы на вершинах бугров наталкивали на мысль, что возвышенности не всегда находились во власти матери-природы. В пользу этой теории говорил и одинаковый размер холмов и, что еще важнее, кусок каменной глыбы, все еще стоявший на правом пьедестале. 

- Врата! – Заметивший остаток былого культурного достояния, воскликнул эльф.

- Что-то я не вижу никаких врат. – Абиель оглянулась по сторонам, ища вертикально стоявшие массивные плиты.

- Это он о двух холмах впереди. – Терсия охотно вызвалась объяснить первую попавшуюся достопримечательность. – По легендам на их месте когда-то стояли две башни-близнецы: северная и южная. Они высоко вздымали вверх, пряча свои вершины в белой дымке облаков. 

- А почему врата? Здесь где-то были стены?

- Маги Аонаса утверждают, что это были необычные здания. Подобно двум одинаковым столпам, они исполняли роль стражников, уберегая Закатные Земли от сверхъестественных, разрушительных сил.

Про них писали, что они «подпирали небеса». Эльфы считали, что башни символизировали перемирие между богиней небес Иллалиель и владыкой подземелья, Аюином. Их разрушение послужило новому и последнему противостоянию светлых и темных богов. 

- Интересно, когда же их разрушили?

- Никто точно не знает. – Глеарос вклинился в диалог, отвечая вместо Терсии. –Большинство сходится во мнении, что это именно Черный Народ в ходе Священной Войны намеренно сломил башни, осквернил природу и высвободил злых духов.

С тех пор, по преданию, они обитают в Закатных землях, давая понять, что никому из живых не дано здесь здравствовать и процветать.

Абиель еще раз взглянула на одиноко стоявшие холмы, воображая, что когда-то на их месте стояли огромнейшие столбы. Пока она мысленно рисовала картину прошлого, Глерос без лишних раздумий направился к холмам, рассматривая их с детским любопытством и делая зарисовки в своем личном журнале, взятом для подобных нужд.

Терсия следом составила ему компанию. 

Что касается остальных отрядов, то они недоумевали от исследовательского настроя остроухих. Они предпочитали быть наготове, прочесывали каждый куст с обнаженным оружием в руках. Несмотря на то, что каждый из отрядов потенциально соперничал друг с другом, они все же не торопились разбредаться и негласно держали путь вместе.