Верховный

И лишь один уцелевший из целого поселения – мальчик с черным браслетом на руке.

Видение прекратилось, и Диондор вернулся из прошлого в реальность. Его глаза сразу впились в браслет, на котором только сейчас он разглядел потертое мужское лицо. Пронесшаяся перед ним история моментально всплыла в памяти. Он вспомнил последние слова матери, последний взгляд отца. Вспомнил родные края, где родился. Вспомнил, как насытившиеся убийствами солдаты давились смехом, праздно разливая пиво по кружкам. Вспомнил, как потом эти пьяницы хотели его выбросить за борт в открытое море.

- Ты ведь что-то увидел? Верно? – заговорил шаман, от чего не обративший на него внимания Диондор подскочил.

- Вас зовут Юсал. Вы были на пляже и сражались с ними.

Беспристрастность старика сменилась замешательством. Его сморщенные веки раскрылись и обнажили боль.

- Вооруженное нападение – последнее, что мы могли ожидать в тот безмятежный день.

- Вы давали отпор. 

- Я сражался с твоим отцом плечом к плечу. Он был выдающимся человеком, лидером нашей общины, настоящим шаманом. Если я и желал тогда умереть, то только рядом с ним. Стоять до конца. Мы повергли немало врагов, но этого не хватило для победы. Рертана подло ослепили песком, а потом вонзили дюжину клинков в грудь. Меня же постигла иная участь. Они изрезали меня и оставили медленно умирать, чтобы я наблюдал за всем, пока истекаю кровью.

- Но Вы выжили. Как?

- В тот день судьба распорядилась иначе. Как оказалось, одному нашему пареньку Стияну повезло вовремя сбежать. Его крепкие ноги спасли меня. Он отправился в соседнюю общину за помощью, а когда вернулся с ней, то увидел труппы и полуживого помощника шамана. Меня выходили и забрали к себе, а мертвые тела сожгли.

- Они все погибли. – Диондор все еще пребывал в некоем трансе.     

- Кроме нас. – Подметил Юсал. – Мы все еще живы и мы помним. Всех, кто нам дорог. В память об убитых на месте того пляжа высадили рощу, а я, забрав прах твоих родителей, похоронил его здесь и посадил два диона. 

- Диона?

- Их любимые древа. – Объяснил шаман, указывая на высокие, стройные столбы, напоминавшие горящие свечи.