Ардан-II. Постижение Силы

— Или прислушались бы к словам Гиртана.

— Мы не воспринимаем его всерьёз, — опускает глаза Лирэт.

— Нет, — качает головой Зирани. — Если б я сдержалась, а не стала спорить с Миярой… Это всё равно произошло бы, но, возможно, никто бы тогда не погиб.

— Смирись, Дан-Альнайд, — встаёт из-за стола Торм, убирая за собой грязную посуду. — Теперь уж ничего не поделать.

— Торм! — Валия смотрит на того дикой кошкой.

— Что «Торм»?! Мы все захотели стать хранителями. Это не прогулка по летней цветочной поляне, а опасный и сложный путь, где любой из нас может погибнуть.

Вы, что, этого не поняли, когда враг напал на храм пять лет назад?

— Торм прав, — принцесса тяжело вздыхает, вспомнив лезвие чёрной секиры на расстоянии ногтя от её горла; если б не Райсэн, то она была бы уже мертва.

— Но в том, что люди погибли, не твоей вины, Зирани! — повышает голос Валия.

— Даже несмотря на то, что ты устроила перепалку с Миярой, — поддерживает Лирэт. — Никто не мог знать, чем всё это обернётся, поэтому нет смысла себя мучить.

— Нет смысла… — бессильно выдыхает Зирани.

Взрыв света был столь силён, что тренировочная площадка, ограда и прилегающие к площадке стены храма почернели. Если б не Валия с Лирэтом, успевшие вовремя закрыть световым барьером учеников храма, погибли бы все. Удивительно вообще то, что они смогли — ведь раньше они использовали свет лишь в связке со стихией. Когда Зирани с Тормом спросили об их новой способности, Валия с Лирэтом лишь беспомощно развели руками, мол, сами не понимают, как смогли использовать свет напрямую; попытались повторить, и ничего не вышло…

Трое — те, кто не попал под защиту барьеров, погибли — их белые силуэты отпечатались на обугленной земле тренировочной площадки.

Только Райсэн выжил несмотря на то, что Валия с Лирэтом не смогли его прикрыть — уж слишком далеко оказался от основной группы после того, как его отбросило первым взрывом.

***

Магистр Малис стоит в стороне и слушает Мияру, лежащую на койке и попивающую из деревянной кружки киал.

Возле неё на табурете сидит наставница Эяла и задаёт уточняющие вопросы. Малис вообще не вмешивается, лишь обдумывает сказанное ученицей и делает выводы.

Девочка уверяла, что с ней всё хорошо, что чувствует себя прекрасно, но магистр настояла, чтобы ученица отдыхала в лазарете — сейчас не нужно привлекать к той лишнее внимание ни учеников, ни тем более городской стражи, которая теперь дежурит ещё и возле пролома в стене, образовавшегося после взрыва.

Жаль погибших.