Мир Древа. Том 1 #realrpg

Олег, отставить панику (Это Елена)

Да кто паникует, твою мать? (Это Олег)

Олег — ты боишься и это нормально. Доверься мне (Это Елена)

Ты куда? (Это Олег)

Хорошо, что чат не передает эмоции. Уверен — вслух мои последние слова прозвучали бы очень жалко. Однако у меня был вполне законный повод для паники. Елена увела свою обезьяну немного вперед и теперь я видел только задние лапы этой летающей твари.

Настенька заверещала — она тоже это увидела.

Планируй, дурак, планируй (Это Елена)

Я распахнул руки и с помощью своей мартышки продолжил падать.

И как ни странно, но это всё закончилось вполне благополучно. Мы приземлились прямо на спину пануи, и я тут же начал скрести руками — пытаясь вцепить во что-то и не отпускать.

Меня буквально колотила крупная дрожь. Первым делом, после посадки, постараюсь активировать «Подавление страха». Стремно будет если все увидеть, что я полностью расклеился.

Настенька прижалась ко мне, что-то умиротворяюще мурлыча мне в ухо.

— На четверку с плюсом, — услышал я довольной голос Елены.

— Можно я не буду пересдавать? — выдавил я из себя, и наездница зашлось истеричным смехом, услышав мой срывающийся голос. — Боюсь эта практика чуть меня не размазала.

Затяжной прыжок +5

Хм. А система оказалась куда щедрее наездницы. Я покрепче прижался к спине взрослой обезьяны и под довольное мурлыканье маленькой мартышки закрыл глаза. Спать мне не хотелось — я просто не мог видеть бездонную пропасть, в которую падал мгновение назад.

Мандраж не проходил.

Думаю, что эта картина будет меня преследовать в кошмарах ещё очень долгое время.

***

— Погибло больше восьмидесяти человек вместе с Лейном. Мы смогли вывести сотню с лишним. Остальные сейчас у Кирка. И настроение у всех похоронное.

Владимир тяжело вздохнул и грузно опустился на лавку. Тупо посмотрел на тарелку с едой, отодвинул подальше, но зато схватил деревянную кружку с пивом и отпил почти половину. Его взгляд немного прояснился.

Несмотря на то, что с момента нападения на поселение Лейна прошло уже два дня — с его лица так и не исчезла печать усталости и обреченности.

И я его прекрасно понимал — сам себя чувствовал ненамного лучше. А ведь я, в отличие от своего собеседника, успел вздремнуть, принять душ и неплохо перекусить жаренной козлятиной.

Но все равно была усталость.

Бешеная усталость. Подавляющая. Было желание завернуться в спальный мешок и спать, спать и спать. А тех, кто меня разбудит, следовало прибить и завалится спать дальше.