Пираты пустошей

Кто этот верзила? Твой напарник на арене?

- Можно и так сказать, конечно, - вздохнула Яра, - Но это довольно длинная история. Его зовут Танкред – парень совершенно сумасшедший, но лучший боец, из всех, кого я видела.

- Даже так? Из твоих уст такие слова много стоят. Выглядишь необычно для этих мест. Откуда ты родом?

- Таранто, но сюда я прибыл из Иерусалима, - ответил Танкред, - И вряд ли ты слышал про эти места.

Но сейчас я предпочел бы поговорить об ином. Человек по имени Арвиз украл вещь, которая принадлежит мне и имеет для меня огромную ценность. Я хочу попросить, чтобы его не убивали до тех пор, пока я не заставлю его вернуть украденное.

- Арвиз здесь, - Дассим присвистнул, да и остальная троица, казалось, оживилась, - Да у нас сегодня счастливый день. Пожалуй, тебе есть о чём нам рассказать, а Яра?

- Пожалуй, что да, - девушка вздохнула, словно собравшись нырять в омут, - Но предупреждаю, что история будет длинная, а добыча даже в таком городе – вещь конечная.

- И то верно, поспешим за добычей, а что до Арвиза, - Дассим зловеще ухмыльнулся, обнажив ряд крепких, неожиданно белых зубов, - Ты поверь, здоровяк, у меня к нему тоже немало вопросов.

- Как и у всех нас, - прошипела лысая женщина с пергаментной кожей.

- Да, дорогая. Как и у всех.

Глава 14

- Преееекрасная юная дева с волосами, подобными шёлку! Губы сочные, как спелые ягоды, а грудь! Вы только посмотрите на эту упругую, молодую грудь. Зубы подобны жемчугу, но главное – девушка, хоть и невинна, вся пылает страстью, исходя любовной истомой. В груди этой горячей штучки бушует огонь, она чувственна и непокорна, но охотно подчинится герою, достаточно сильному и богатому, чтобы её обуздать. Настоящая жрица любви… Девка, перестань стоять столбом, выгни спину и улыбайся, если тебя не купят, я с тебя сегодня же вечером кожу плетью сдеру!

Последние слова, как несложно догадаться, были произнесены шёпотом.

Сгорбившаяся в три погибели, худая девчонка, едва ли достигшая шестнадцати лет, менее всего напоминала жрицу любви, исходящую любовной истомой. Не то, чтобы она была некрасива, но слишком перепугана и к тому же слишком долго не ела досыта.