Пираты пустошей

- Предпочту оставить, - упрямо ответил Эрикос, - Кто будет встречать скоро увидишь. Надеюсь, обрадуешься.

- Обрадуюсь? – недоуменно переспросил я, - Интересно с чего бы? И «скоро», это как вообще?

- Да вот уже, считай, пришли, - Эрикос остановился, показав вперёд, - Не заскучал?

Фигура в закрывающей лицо маске, прислонившаяся к стволу скрюченного дерева, напоминавшего гигантского, многолапого паука, волей судьбы оказавшегося в пустыне, казалось, сливалась с полумёртвым растением, едва заметная в лучах солнца, покидающего этот мир, чтобы вернуться лишь утром, с наступившим рассветом.

- И кто это? – спросил я, пытливо разглядывая неведомого гостя.

- Подойди и спроси, - раздражённо бросил Эрикос, - Мне показалось, что ты хочешь их видеть, не я.

- Их? – хмуро переспросил Танкред, - Здесь всего один человек.

- Именно. Вчетвером-то справитесь, если что.

- Я невольно оглянулся назад. Вроде бы Йонар, Ворг и Калев должны были следовать за нами, по возможности, оставаясь незамеченными. Если так, до должен признать, что это у них получалось хорошо.

- Вперёд, но осторожно, - скомандовал Дассим, - Меня ты не знаешь, потому просто поверь, что я не тот человек, который бросает слова на ветер. Если это ловушка, то скажи сразу, потому что клянусь Никтис, что бы не ждало нас, тебя мы успеем убить первым.

- Очень воодушевляюще, - сухо ответил Эрикос, - А теперь предлагаю прекратить изображать суровых и недоверчивых махарри и пойти наконец вперёд.

- Мы не изображаем, - голос Яры прозвучал неожиданно мягко, - Мы именно такие и есть и тому имеются причины.

Но я благодарю тебя и прошу простить, если мы кажемся тебе излишне грубыми. Дассим, я не думаю, что нас ждёт ловушка, скорее всё-таки разговор.

- Твоя проблема, - проворчал капитан, зашагав, тем не менее, к дереву, - Что ты думаешь слишком много.

- Согласна, - Яра вздёрнула брови с совершенно невинным видом, - Но это вроде бы мой единственный недостаток.

- Да если бы.

По мере приближения к дереву, сердце моё билось всё сильнее.

Говорить с Эрикосом одно, в конце концов, это был мой старый приятель, хоть и строящий в настоящее время суровые рожи, пытаясь выглядеть значительнее. Незнакомец в маске, совсем другое. И что, во имя всех богов, имел в виду поэт, говоря о том, что я обрадуюсь встрече? Чем ближе мы подходили к дереву, тем сильнее меня мучали неприятные предчувствия. Скорее от волнения, нежели от нетерпения, я вырвался вперёд, не отводя глаз от незнакомца.