Повесть о последних зеркалах

– Но можно ли добавить сюда «всего лишь»? Разберись с ним, а я отправлюсь к Ее Высочеству, а затем во дворец, чтобы…

- Только приблизься к ним и узнаешь, как человек может мстить! – Ульф сделал два быстрых шага в перед, но красноглазые преградили ему путь. Горожане уже покинули улицу и в поисках спасения звали стражу и бежали вглубь города.

Дэвион расплылся в улыбке.

- Забавно… Ты думаешь, что твои предсмертные угрозы должны остановить меня от казни заговорщицы?

- Я вырежу всю твою ветвь и найду тебя, погань.

– Голос Ульфа был тверд и уверен, а его окровавленное лицо выглядело поистине ужасающе. – Я заставлю тебя своими руками уничтожить самое дорогое, что ты обрел за свою сраную жизнь. Ты думаешь, что неуязвим? Ты еще узнаешь, как умеешь умолять!

Холодок вновь пробежал по темной душе Дэвиона. Пусть он и не воспринимал эти угрозы серьезно и даже находил их жалкими, но улыбка все же спала с его лица. Он лишь кивнул Мэрину и, обратившись черным дымом, отправился по следу ауры Ее Высочества.

***

- Красноглазые в городе? – Натан нехотя оторвался от еды. – Что за вздор! Ты уверен?

Впрочем, тревога в глазах сотника могла бы ответить за него.

- Да, ваш-бродие. Множество свидетелей, начиная от порта.

Натан ударил по столу – то ли от досады, то ли от гнева. А затем еще раз.

- Ее Высочество уже покинуло город? – Осторожно спросил он, опасаясь услышать ответ.

- Нет. Она еще в…

Натан вновь ударил по столу несколько раз, громко при этом выругавшись.

- Вели десятнику… Нет. Сотнику! Пусть обеспечит защиту Ее Высочства.

А всех остальных… Всю гвардию! В порт! И помоги мне надеть доспехи.

***

Дэвион и не думал о скрытности. Облако черного дыма влетело в каменный зал. Посетители шарахнулись в разные стороны и тут же похватали топоры. Наемники переглядывались, не зная, как поступить, а первопослушник и не обращал на них внимания. Уверенным шагом он поднялся по лестнице и, пройдя по светлому коридору, остановился только напротив одной из дверей. Он точно знал, кто за ней – чувствовал ее ауру.

Но он мешкал.

Как войти? Что сказать? «Мне не важно, кто там мой отец…» - как она могла произнести такое…? Но она все еще великая княжна – вторая власть в мире. И смеет ли он – жалкий послушник – как-то тревожить ее? Дэвион услышал шаги в коридоре и обернулся. Грязные, вонючие, пьяные… Потрясая оружием, они вновь застыли, лишь увидев его. И зачем, спрашивается, погнались за ним?

Первопослушник вновь перевел взгляд на массивную дверь.