Тёмный маг

Где-то на середине пути подул порывистый ветер и раскачал корзину, но волшебник остался невозмутим, он лишь крепче держался за поручни и ехал дальше, пока опора со скрежетом не упёрлась в каменный перрон на отвесной скале.

Ещё подъезжая к острову, волшебник заметил украшенный тысячами огней и вечно окружённый мглой серокаменный замок. По счастливой случайности сегодня ночью поднявшийся в проливе ветер рассеял туман, и здание предстало во всём великолепии, открыв взору таинственного гостя высокие остроугольные башни.

В небе взошла Охва и осветила мощёную тропу, по которой шёл волшебник. Калвора никто не встречал. Время было позднее, и он торопился застать хозяина замка бодрствующим. Вскоре показался молчаливый слуга в белом костюме до колена и сопроводил мага по тропе через фруктовый сад.

Строений во внутреннем дворе практически не было: только яблони и несколько беседок вдоль дорожки. Через каждые двадцать пять шагов на специальном постаменте размещался остроугольный мутный бирюзовый кристалл, отдававший ночью накопленный за день свет.

Вскоре они подошли к южной невысокой башне Туманного замка. На высоте яблоневых крон из овального окна пробирался тусклый свет. Догадавшись, зачем его сюда привели, Калвор сказал:

— Ну что ж. Как тебя зовут?

— Орик, достопочтенный господин.

— Так вот, Орик. Раз магистр хочет дождаться утра, чтобы поговорить, так тому и быть.

Учтивый слуга хотел проследовать за волшебником, и помочь ему приготовиться ко сну, но был бесцеремонно выставлен за дубовую дверь башенки, захлопнув её перед самым носом опешившего Орика. Калвор поднялся по винтовой лестнице на второй этаж, где увидел узкую кровать и немного холодной закуски рядом на столике. Не притронувшись к еде, волшебник скинул плащ и верхнюю мантию, после чего бухнулся на кровать и моментально уснул.

Проснувшись от щебетания свиристелей, волшебник понял, что хозяин замка распорядился иначе. Приподнявшись, у окна он увидел медный таз с водой на деревянной короткой скамье и белое льняное полотенце. Умывшись, волшебник тут же быстро оделся, но вместо привычной белой мантии и плаща нашёл одежду Синего ордена. Это разозлило магистра, и он выразил мысли вслух.