Дуэльный Кодекс. Том 1: Проект "Геката"

Так, они перестанут задирать тебя. И начнут уважать наше дворянское достоинство. А эта шпана быстро распространять слухи среди простолюдинов. А там и до дворян докатится.

Некоторое время между нами царило молчание. Совсем стемнело. Мы проехали тихий городской район и попали загород. По широкому кольцу направились к полям. Я хмуро вглядывался в темноту. Не хотелось бы наткнуться на дорожную жандармерию и расстаться с машиной за езду без прав.

– А что такое личная трансгуманизация? – внезапно спросил мальчик.

– А где ты слышал этот термин?

– Читал в дедовых книгах, – увлеченно проговорил он, – но ничего не понял, кроме того, что это секретная магия дома Орловских.

– Трансгуманизация, – я задумался, – это превращение человеческого тела в животное или предмет. А вот что значит личная? Такого я никогда не встречал. Недаром, она секретная. Слушай, – я отвлекся от дороги и посмотрел на мальчика, – покажи мне эти книги, когда вернемся. Я просмотрю их и попробую объяснить, что там написано.

Термин “личная” мог означать превращение самого себя. Переход из одного состояния в другое с сохранением души мага, а значит, и его сознания. Может превращение в животное, или, скажем, замена живой плоти на металл. Если такая магия существует, то она должна быть очень сильной. И возможно, заклинания из личной трансгуманизации могут содержать нужное для возвращения Кати слово.

Тела в материальном мире у нее нет. И я часто думал, придется ли создавать его заново. Или же, с этим поможет сама мана.

– Стас?

– Что?

– А ты не слышал истории о том, что наши дед или отец обращались во что-то или кого-то?

– Да нет, – задумался он, – хотя, проговорил мальчик спустя мгновение, – во время Магической Войны деда рассказывал о том, что вел в бой личную гвардию, которая называлась медвежьей. Вот единственное упоминание о животных.

– Медвежья, говоришь? – я нахмурился, – очень интересно. Но знаешь, что еще интереснее? – сказал я уже с улыбкой.

– Что? – Стас посмотрел на меня.

Последствия драки на лице Стаса были видны так сильно, что скрыть их было невозможно. Кожа вокруг правого глаза уже не просто синела. В некоторых местах она пошла черным. На подбородке и щеке краснели ссадины.

– Интересней всего придумать, что сказать Вике, – засмеялся я, – чтобы объяснить твой фингал.

Ночью пятницы, на стоянке у дома отдыха птицефабрики собралось много машин. Небольшая парковка и дороги за ее пределами были заставлены разномастными авто.