Альгардская ночь

Будет знать, как пинаться!».

Ульф так и ходил взад-вперед, раздумывая как прорвать эту оборону. Он уже и забыл о том, что вообще не хотел сюда идти – сейчас им двигало лишь желание «победить» в брошенном ему «вызове».

- Эй, пацан… – Внезапно обратился к нему лакей. – Как зовут твоего друга?

- А тебе-то что? – Недоверчиво прищурился Ульф. – И ему пинка отвесишь?

Лакей вздохнул, но сдержанно продолжил:

- Не дело тебе перед таким заведением ошиваться. Только гостей распугиваешь… Я мог бы послать за стражей, но так уж и быть – передам твоему другу твои слова, если сочту их достойными внимания нашего уважаемого гостя.

Ульф несколько секунд оценивал результат своего упорства, не решаясь назвать его «победой». Впрочем, и «поражением» это не было, а так как ничего лучше метания крыс он не придумал, все же ответил:

- Вирис его зовут… И передайте ему, чтобы катился в канаву со своим Красным Домом.

Недовольно шмыгнув носом, Ульф побрел в гильдию наемников, как вдруг неуверенный голос его остановил:

- Одну минуту, сударь.

Я сию секунду пошлю за господином Вирисом.

Когда удивленный парнишка обернулся, в руках лакея уже звенел колокольчик. Массивная резная дверь распахнулась, выпуская мелодичную струнную музыку из залов заведения. На пороге появился лакей в одежде попроще. Он держался так же строго, как и тот, которого Ульф прозвал петухом.

- Передайте господину Вирису, что сударь Ульф прибыл.

Второй лакей, кивнув, убыл исполнять распоряжение, а парнишка, услышав свое имя, догадался, что Вирис все-таки удосужился предупредить петуха о его приходе. На секунду, в его голову закралась мысль, что ушибов на заду можно было бы и избежать, объясни он сразу лакею что к чему. Но Ульф быстро отмахнулся от нее: «Петух – он петух и есть: весь в красном и пинается!»

Не прошло и минуты, как массивная входная дверь снова распахнулась. На пороге появился Вирис.

Ульф даже не сразу узнал наемника: его черные смоляные волосы с седыми прядями зачесаны назад и приглажены, бархатный камзол подогнан по фигуре, а туфли начищены до парадного блеска. Если бы не повязка на правом глазу и раскатистый смех – парнишка ни за что бы не сказал, что господин перед ним тот самый наемник из подземелья.

- А-ха-ха! Дошел, таки! – Вирис упер руки в боки. Он уже знатно подвыпил и единственный его глаз собирал веселые морщинки у себя в углу.