Альгардская ночь

– Праздновать смерть и рождение! Высшая Раса вновь займет отведенное ей место, выйдя из двухтысячелетней тени!

Гости, не задаваясь вопросами о том, как они оказались здесь, радостно аплодировали, не понимая слов императора. Это была его Воля. Воля Императора – неприкасаемый закон. Правители всех людских земель лишь запомнят ее. Усвоят в подкорках сознания и будут слепо следовать ей всю свою жизнь. Аплодировал и Таликс.

- Трое сынов моих. И дочь моя. Жертвою прочих детей моих, смогут возродить род Высшей Расы и так вновь наполнится этот мир благословлением.

Людская скверна отступится перед детьми Вильидара – старшего из сынов моих. – Паладин встал, под аплодисменты и под пение трубачей подошел к царю и склонился, ублажив его перст.

- Прочая скверна отступится перед детьми Красгариона – среднего из детей моих. – Уже второй паладин встал рядом с отцом.

- Остатки скверны Дара отступятся перед детьми Омсалиона – младшего из детей моих. – Рада смогла успокоить Илию лишь когда уже третий паладин подошел к престолу.

Как он мог здесь оказаться? Она уже смирилась со своей судьбой, лишь бы он не видел ее. Лишь бы он остался в стороне от всего этого и просто жил… Мирно и спокойно, как и мечтал. Но не так…

- И, наконец! – С улыбкой и приветливо подняв руки возгласил Аллазарий. – Рабами, займущими место людское, станут дети Таликса – убийцы любимого сына моего.

Таликс встал, подвластный Воле. Ему вспомнилась мать Ульфа, готовая продать сына.

Разве Аллазарий лучше? В душе Таликса мелькнула искра ярости, но он сам усилием своим потушил ее. Его душа была пуста и чиста – лишь цель и уверенность остались там.

Аллазарий склонил Таликса и тот поцеловал его перст. Таликс встал и в полной тишине голова императора покатилась по обсидиановым ступеням. Несколько секунд шока все смотрели, как тело отца эльфов держит в руках меч, который не успел остановить удар, и как осколки рунического клинка Таликса осыпаются вслед за головой Аллазария.

Это не было порывом воли. Это было просто движение – едва ли не рефлекс, отточенный на множестве слуг Сиралиона – неподконтрольный никакому сознанию. Аура императора угасла. Он был мертв. Его тело упало к ногам убийцы в полной тишине.

- Теперь Я – ИМПЕРАТОР! – Взревел Таликс, раскинув руки. – Я – ИМПЕРАТОР! И ВОЛЯ ИМПЕРАТОРА – ЗАКОН!

Он не ждал, что кто-либо приклонит колени, не ждал, что кто-либо восхвалит его.