Альгардская ночь

– Таликс сам не ожидал, что скажет это. – К звездам…

- Зве-зды… Я подо-жду их… здесь. Мне нет… места. В их… мире.

- Мы найдем тебе место. Ты сможешь жить там… Если не станешь жрать людей…

***

Таликс пытался осмотреться, освещая пространство вокруг клинком Роналбура. Мягкого света его рун едва хватало на то, чтобы разогнать тьму, но Таликс смог в общих чертах обрисовать обстановку. Он находился в просторной пещере, в центре которой располагалась гора из камней и глины. Камни были совершенно разного размера, от совсем маленьких до валунов, размером с голову, а глина использовалась, видимо, для скрепления всей конструкции.

Сначала гвардеец решил, что каменное изваяние в центре пещеры – это какой-то алтарь, но, осмотревшись вокруг, он пришел к более ужасающим выводам. Эта гора, по факту, исполняла роль лестницы с единственной целью – достать до потолка. Это существо, кем бы оно ни было, рыло пещеру вширь, выкапывая камни и стаскивая их к центру, составляя один на другой и взбираясь выше.

Постепенно гора росла, давая возможность существу прорывать себе тоннель наверх. Оно каким-то образом оказалось заточено в этой глухой пещере и силилось вырваться наружу, но, в конце концов, уперлось в огромный сплошной камень и остановило попытки.

Вдруг, гвардеец обратил внимание, что держит рунический клинок голой рукой, но прохлада его рукояти совсем не кажется цепенящим холодом.

Освещая потолок тусклым багрянцем, Таликс увидел бесчисленные сколы в каменной плите. Видимо, долгие годы упырь пытался разбить ее другими камнями и не оставлял попыток, пока не лишился сил.

Но в руках у Таликса был рунический меч, который не оставил плите ни единого шанса. Клинок впивался в камень, словно в дерево, и откалывал куски, осыпая своего владельца искрами и каменной крошкой.

Но что делать дальше? Он вновь оказался среди мрака подземелья. Недавно он запросто заблудился, зная лишь направление выхода. Сейчас он не знал даже примерно, где находится.

Упырь, учуяв приток воздуха, тоже взобрался на каменную гору, пролез в дыру и сейчас копошился где-то недалеко, скрытый мраком, изучая новые окрестности.