Пламя войны

— Как думаешь, они много потеряли на сгоревшем хранилище?

— Должны порядочно. Расплавленное золото ещё соберут, а вот попорченные артефакты и всё что могло гореть… В общем, переложим пока.

Он переложил в артефакт вещи своего рода и немного украденного у Сашал. Сумки Широ исчезнут, когда она далеко окажется.

— А теперь, раз у тебя снова что-то за душой есть, — хохотнула Широ. — Пошли к твоей невесте! Слушай, а Сашал за тобой гоняться по миру не будут?

— Ручки коротковаты. Они могут устраивать родовые войны в Теят’рине, но если перенесут разборки в Эльдеберг, гражданином которого я уже являюсь, то будут там преступниками.

Хотя… они поймут, кто атаковал и как… Ну, с этим сам разберусь. Мы привыкли всегда быть настороже.

— Ведь и убийц подослать могут. Но ты в этом эксперт. А теперь, куда там тебе нужно?

Снова достали карту и определились с местоположением.

Интерлюдия. Нападение посреди столицы

[От лица Лайзы]

Тренировка продолжалась. Артур убежал договариваться с Себастьяном насчёт магии души, оставил нас, чтобы не ходить без смысла всем квартетом.

А ведь хорошо устроился, три красивые девушки вокруг. Хе-хе, захотел бы — было бы и четыре. Но тем больше я вижу, что это не безумное либидо, что невозможно удовлетворить и не желание взять всех… он любит. Всех нас. Всей душой в это верю.

Хочу с ним провести жизнь. И даже больше, если получится. Он не может оставить рост своего могущества, это страшит. Далёкий предел, когда… кончится. Но сейчас… лишь завидую Широ.

Пакт душ, слияние душ. Со мной так делать нельзя, он намного сильнее меня.

Какое прекрасное путешествие, буду рядом. Буду помогать как смогу. Надо стать сильнее, нельзя быть ему обузой.

Усталый вздох. Лаплас рассеяла плетение и повалилась на спинку, массируя виски. Знакомый вид. Давно сидит, а поначалу непривычно так с маной обращаться.

— Золотистая, хочешь пройтись?

— А… я? — она замялась, слишком долго не зная, что ответить. Я пересела к ней и приобняла, так что она удивлённо ойкнула.

— Лайза?

— Оставь свои страхи, люди тебя не тронут.

— Да… меня считают обычной зверолюдкой… а те, кому Артур сказал, привыкли говорить с Древним духом…

— Непривычно, понимаю. Хотя ты и в его присутствии иногда нервничаешь. Объяснишь почему? Ему можешь всё сказать, я вот долго тянула и жалею теперь. Ты больше не одна. И никогда не будешь одна.

Она открыла рот, но не нашла, что ответить. Наклонила голову, уставившись в колени.