Комбо-Психо. Книга 2

Вытянув из сердца столько маны, сколько был способен, я отправил её наперерез буйствующему в теле сгустку жизненной энергии. Однако на этот раз не чтобы рассеять его или подавить, а чтобы направить его туда, куда мне было нужно.

Изобретать велосипед и нарушать традицию я не стал, избрав местом для своего даньтяня область под пупком. Полтора миллиарда человек не могут ошибаться все сразу и, если уж они выбрали это место как подходящее для того, чтобы оставить там источник жизненной силы – пусть будет так.

Окружённый маной сгусток жизненной силы начал активно сопротивляться, пытаясь вырваться и продолжить свои бесчинства.

Спустя несколько минут буян наконец был усмирён и доставлен на место. Боль, к счастью, притихла, и управлять процессом стало куда проще. Проблема была в том, что, если бы я сейчас потерял контроль над маной, вся она была бы тут же впитана тем же сгустком, что лишь увеличило бы его и так огромный разрушительный потенциал.

Потому у меня была лишь одна попытка и я должен был сделать всё правильно. А ведь самое сложное было ещё впереди. Теперь мне было необходимо как-то привязать этот сгусток к его текущему положению. Сделать так, чтобы, когда я отпущу вожжи маны, он не только не отправился вновь крушить моё тело, но и начал работать на меня, как тот самый даньтянь.

К счастью, тут я уже мог опираться на знания Бафомета.

Зачарование – магия, запечатывающая другую магию в предмете, чтобы её можно было использовать позже. Правда, само по себе имевшееся у меня заклинание Младшего зачарования было сейчас бесполезно. Но стоящие в основе зачарования концепции и принципы, в которых Бафомет отлично разбирался, были сейчас как нельзя кстати.

Мана, окутывающая сгусток жизненных сил, начала расходиться в стороны длинными и тонкими лучами. И так как каждый такой лучик был изнутри полым, жизненная энергия из сгустка тут же просочилась в эти лучики.

Мысленно контролируя эти лучи, я минут за десять добился того, что они заполнили всё тело, добравшись до каждого пальца, каждого органа и каждой мышцы. А затем я осторожно, чтобы не вызвать очередной нестабильности, раскрыл кончики лучей, превращая каждый в нечто наподобие медицинской иглы.

Из-за большой длины и малой толщины лучей, внутри них все вихри жизненной силы улеглись.