Наследие и Наследники: Избрание

Женщина ненавидящим взглядом уставилась в его лицо, потом прошептала какое то мелодичное проклятие на странном, певучем языке и резко отвернувшись пошла к отцу, что уже вёл разговор с главой инквизиторов столицы – столичный инквизитор весь побагровел при этом и с нескрываемой ненавистью глядел на Поллиона, что видимо подтрунивал над ним.

Наконец наследник из Гарданы был заведён заботливой охраной на трибуну и нехотя, словно в забытьи, скоро и бессвязно со всеми поздоровался.

Тут же подскочил вовремя появившийся, словно бы из ниоткуда, Поллион с дочерью и потребовали что бы Борелла поскорее отвели к праху деда императора, а уж далее - направили в его собственный дворец в столице, ибо: ”Наследник престола крайне вымотан дорогой!”

Никто спорить не стал и Дезидерий лично проводил всю троицу гарданцев к урне с прахом умершего недавно императора.

Зашли вместе. Поллион и Алуникофиэль с интересом, хотя и без всякого почтения, оглядывали резные стены и саму мраморную урну, постоянно  о чём то тихо переговариваясь и даже и не думали соблюдать тишину.

Наследник же, пьяно икнув, пустил такую же слезу и вдруг, внезапно для всех - стал опускаться на одно колено.

На полпути к этому его повело немного в сторону и Борелл упал, стукнувшись лбом о пол, с явственным  глухим звуком удара.

Поллион и супруга наследника тут же  бросились его поднимать, и женщина всё время отчитывала “пьяного окаянца, что не может себя вести в приличном обществе”.

Тесть наследника и его дочь, с трудом смогли за минуту кое как поднять Борелла на ноги и было держа его под руки увести прочь из помещения, как внезапно наследник остановился и громко, во весь свой зычный голос, рыдая, начал орать: “Спасибо дед за трон! Спасибо! Лишь твоими стараниями Гардану заполучил - век не забуду!” - и он внове попытался встать на колени.

На этот раз сопровождающие Борелла быстро остановили данный порыв и если Поллион что то скороговоркой зашептал зятю на ухо, то его дочь, и Дезидерий готов был в это клясться - дала короткий пинок под зад супругу, и громко произнесла непонятное слово, явно ругательство.

--Ладно!-  согласился с уговорами сентиментальный внук императора. - Пора уже и прощаться, а то жрать и выпить вновь хочется - до рези в брюхе...

Его немедленно вытащили назад, на трибуну, родственники, а Поллион успел бросить “престолодержателю” что бы тот подготовил сопровождающих и они могли немедля отправиться во дворец им приготовленный ранее.