Первый из рода: Страж империи

А в это время во мне злорадствовала тьма, что ненавидела свет и огонь, но сейчас она радовалась тому, что происходит вокруг. И, кажется, говорила мне о том, что и она так может, и очень хочет, жаждет этого.

Силы оставили меня и я опустил свою руку, от чего пламя иссякло. В десятке метров от меня стоял воин с черной бородой, на нем горела одежда, но его тело не пострадало, не смотря на то, что он был в центре потока пламени.

− Кто ты такой!? – проговорил воин, смотря на меня с удивлением.

− Калибан, – оскалился я, и вдруг мимо меня в сторону воина пронеслась белая стрела, а затем красная.

«Воздушник и огневик» − взорвала мой мозг догадка и я что было сил рванул вправо, видя, как на моем месте уже беснуется пламя, а в повелителя огня, что воспарил надо мной на несколько десятков метров, понеслась одна за другой белые стрелы. Но они бессильно зависали в воздухе и падали на землю.

Не с руки мне с ним в воздухе сражаться, подумал я, несясь по пылающему лагерю и высматривая что-нибудь такое, что могло быть мне полезным.

− Вот оно! – оскалился я.

Походная наковальня оказалась весьма кстати, и я с разворота метнул ее в летящего за мной воздушника. Наши глаза на мгновение встретились, воин попытался уйти от необычного снаряда, но не смог.

− Ух ты! – воскликнула принцесса, а её глаза увеличились.

− Сдох, – констатировал я и понесся к пустыне, стремясь покинуть лагерь до того, как меня прикончат.

− Нет, это же шаман Голадар, – проговорила принцесса. – Но это был прекрасный бой.

− Заткнись! – недовольно прорычал я, не разделяя ее восхищения.

Несясь уже по пустыни, я подхватил факел моего отряда и помахал им лагерю.

И тысячи глоток взвыли, они поняли, кто им машет, и потрепанное войско устремилось за мной, но не все. Моя уловка сработала, бедняки сбегали из лагеря, и лишь пятая часть летела за мной на ездовых ящерах, конях и просто пешком.

− Успели, – выдохнул я, остановившись на месте словно вкопанный, и посмотрел на Алию. – Уходи в ущелье, быстро!

И все-таки я могу командовать людьми, ну, или просто орать.

− Ну что, пора начать! Бой! – прокричал я, разворачиваясь к несущимся на меня ордам кочевников.

Я стоял против тысяч, несущихся на меня в едином желании убить.