Первый из рода: Страж империи

Чтобы провести принятие в род нужно призвать и использовать родовую книгу, и, что было забавно, в книге от императора принятие в род было описано иначе, чем в остальных книгах, и совершенно точно здесь ритуал заточен под символиста. А вокруг меня тем временем бушевала буря, девушки ругались, мирились и снова ругались.

Кирсана распорядилась о найме слуг, задействовав связи в императорском дворце, мне было неприятно, когда в окне моего поместья появился один из теневых мастеров тайной полиции. Когда Кирсана нарисовала пальчиком в воздухе символ, она никого не предупредила о гостях, и потому я запустил стол во внезапно появившегося теневого мастера.

Теперь это мой дом, пусть все ждут своего часа у ворот, нечего быть незваным. Даже если ты теневой мастер. Надо будет сказать девушкам, что теперь я буду зачищать от шпионов поместье раз в несколько часов.

Со слугами решила все Кирсана, с гостями же было сложнее, Кирн заявил что никаких слуг в поместье он не пустит, а через час пришли помощники клана Раидзуко и трое старцев из малого круга клана.

И с ними я пошел искать место под ритуал принятия в род нового члена Калибана.

− Вот здесь, место силы, – указал на пустырь один из стариков, что был самым молодым.

− Хий, место силы хорошее, но оно уже было живым, – проговорил один из стариков, что был постарше Хий. – Не будет ли с ним проблем?

− Хинь прав, тут уже был круг рода, но и Хий прав, место силы хорошее, – посмотрел на меня самый старший из троицы, которому было далеко за сто лет.

− Мастер Рык, вам надо посмотреть на место, оценить его и спросить, против оно или нет.

− Мастер Хунь, − поклонился я. – Я не знаю, стоит ли это место использовать, как я вижу, тут был круг уничтоженного клана, что раньше владел поместьем.

− Каждое место силы уже бывало чьим-то, – усмехнулся Хий.

− Не думаю, что вам поместье бы подарили, если бы не рассчитывали, что вы займете это место силы, – усмехнулся Хинь.

− Вы же мастер Рык, а потому поговорите с символами, а затем уже решайте, – вежливо проговорил Хунь.

– Мы не чувствуем враждебности, да и не передали бы вам эту землю будь она враждебна.

Старики оставили меня, а я снял обувь и пошел вперед. Заросший сорняками песчаный пустырь казался безжизненным, но только лишь на первый взгляд. Сев в позу лотоса я коснулся ладонью песка, который порос редкой травой. Земля здесь была особой, она незримо вибрировала.

− Как ты тут? – тихо прошептал я и почувствовал возмущение.