Неудержимый. Книга I

Достаточно было всего лишь подумать об этом и они занимали свободное место. Так же легко я мог от них избавляться в случае необходимости.

До момента моего перерождения, слотов было несколько десятков. Сейчас же доступны всего два… И это, если честно, меня сильно напрягает! Радиус обнаружения также сократился в соответствии с новыми силами. Я нахмурился. В прошлой жизни в самом начале у меня было куда больше слотов, кажется, пять? А здесь всего два.

– Смотри, это Белова что ли? С кем это она? – один из учеников задал вопрос приятелю.

Чем ближе мы подбирались к общежитию, тем больше учеников нам встречалось на пути. Вот и сейчас эти двое вполголоса обсуждали нас, сидя на лавочке.

– Не знаю, какой-то хрен, я думал, что на неё положил глаз Карский. – ответил ему приятель.

– Да? А я думал, она с Тереховым.

– Этим выскочкой? Очень сомневаюсь, куда ему до сына виконта.

– Да там чёрт ногу сломит. Претендентов тьма. Я бы тоже не отказался, вот только боюсь, не по Сеньке шапка.

– Совсем дурак? Давно в больничке не лежал?

– Вот и я о том же.

Слушай, а это случаем не Донской? Рожа знакомая.

– Точно! Вот самоубийца, он же слабак каких свет не видывал.

– Ха-ха! Ну точно, он. Неужели решил свести счёты с жизнью? Смотри, ещё идёт и лыбится, вот дурень. Пойдём, расскажем нашим.

Не думал, что моя опухшая рожа вызывала такие ассоциации. Услышав их разговор, Ника прижалась ко мне ещё сильнее. А я, почувствовав это, теперь действительно шёл и улыбался во весь рот как дурень.

По большому счёту, мне было плевать на эти разговоры. Я всегда делал то, что хотел.

И сейчас я намереваюсь провести Нику до её апартаментов, в надежде на то, что мне всё-таки что-то обломится на прощание. Но толстая вахтёрша встала грудью на защиту святая святых, вытолкнув меня на улицу. На все мои доводы она отвечала стандартной фразой: «Не положено!» – и всё тут. Спорить было бесполезно, так что мне пришлось распрощаться с Беловой и направиться в мужское общежитие.

***

Поблагодарив одноклассника, Ника направилась в свои апартаменты, сохраняя по дороге невозмутимое выражение лица.

Каждый шаг по мрачному коридору, без поддержки Дмитрия, давался ей очень тяжело. Добравшись до комнаты, она закрыла за собой дверь и, прислонившись к ней, спустилась на пол, прикрыв лицо руками. Её тело задрожало от напряжения и пережитых эмоций.

Боже! Какой же он идиот! Зачем он это сделал? Она не понимала, зачем Дмитрий вступился за неё.