Мы не ангелы, парень

Мне Сгейледар ар Эленталь в команде нужен. А кому-то, видимо, нет.

Глаза Снега сверкнули гневом, пальцы сжались, почти разрывая плотную ткань плаща. Кажется, понял. Только вот что?

***

Как только посветлело, Вихрь отправился в полет на разведку – его хотя бы предупреждать о пяти лигах не надо было, бывший фаэтил до ужаса боялся потерять свои вновь обретенные крылья, так что правила не нарушал. Никогда не улетал от капитана дальше, чем предписанные пять лиг. Прихрамывающий Волк сам добровольно обошел сопку, выгуливая заодно и заскучавшего Ирбиса – кошачьему, только-только созревшему, отчаянно не хватало движения, особенно после первого грачевника.

Вернувшийся к обеду, приготовленному Полем и потому почти несъедобному, Вихрь принес плохие вести – Дубки и ближайшее Раздолье можно было вычеркнуть с карты, как вчера Ураган вычеркнул деревню Привольное. Так же сожжены и разрушены змеевиками. И кем-то еще не обнаруженным.

– Что ж... – Ураган сложил карту и убрал её в котомку. – Тогда завтра по утру идем к Черно-горе, смотрим, что с городом.

Он задумался. Тринадцать пар глаз выжидающе смотрели на него.

Идя одной командой, можно было проверить только то, что расположено на расстоянии пяти лиг. А если разделиться, то...

...Десять лиг за раз. Десять. Это и Излучье, и Двуречье, и Высокое, и еще несколько деревень и поселков на пути к Черно-горе. Рискнуть или нет?

Поль выразительно разминал пальцы. Снег ждал, бледный и прямой, как тростник, из-за тугой повязки.

Волк и Ирбис – на этих можно было положиться в любой ситуации, как и на Риза, вот только в бой пока Бирюзу пускать нельзя. Волна выпрямился с горящими глазами – это его шанс получить хоть пол-отряда под свое командование. Мстив ждал решения, его мало волновало, с кем идти.

Пламя грелся у костра, почти запустив пальцы в огонь – после завтрака небо неожиданно затянуло тучами, и посыпалась мелкая, холодная крупа.

Еж подошел ближе – ночь он провел отдельно, спал у своего костра, впрочем, так из-за яда было всегда. Сейчас он снял маску, ловя мелкие колючие снежинки бледной кожей лица и привычно закрывая глаза... Рыкнуть бы на него, но, когда прикосновения запрещены, большего, чем снежинки, ему и не дано.

Ураган силой заставил себя отвернуться от Ежа.