Свалка небожителей.

Но хамство она переваривала плохо, предпочитая атаковать первой и исподтишка, если драки было не избежать.

Кровь Мелисы тут же вскипела, а кулаки зачесались в жажде драки.

Наёмница просто бы не выдержала открытого противостояния, поэтому она воспользовалась самым эффективным приёмом и без размаха врезала «патриоту» ногой по мудам.

Хам совершенно не ожидал атаки, особенно в столь сокровенное место. Его колени тут же подогнулись, а сам он со вскриком сложился пополам.

Если бы наёмница осмотрелась по сторонам, то заметила бы, как на скамейках заёрзали прочие мужчины, а несколько девушек довольно залыбились, но ей было не до этого.

Мелиса не дала противнику возможности очухаться и уж тем более попрыгать на пяточках. Она запустила тонкие пальцы во внушительного хаер узкоглазого и с упоением заставила встретиться своё колено с его лицом.

Раз… второй… третий…

Когда бандос перестал подавать признаки жизни, Тишь с отвращением достала пальцы из воняющего брагой ирокеза и парень кулём свалился на решётчатый пол.

Внутри лифта драки были запрещены, но Дедушка Грим не обратил никакого внимания на избиение, сделав вид, что задремал, давая Мелисе выпустить пар, набежавший за три года.

Никто из остальных пассажиров так же не проявил особого интереса к драке. По крайне мере, они пытались сделать такой вид. Но никто абсолютно точно не жалел избитого. Видимо, узкоглазый ехал без дружков, а случайные попутчики не имели никакого желания с ним возиться – сам виноват, что напоролся на неприятности, в следующий раз умней будет – поэтому девушка оттащила бессознательное тело в центр лифта и села на место рядом с Отто.

– Зачем ты его… так? – дрожащим голосом спросил божок Праздности.

– С такими людьми не договориться, – равнодушно ответила успокоившаяся Мелиса, оттирая с колена жидкости, вылившиеся с лица узкоглазого. – А если ты сам не научишься отвечать на такие насмешки, то прослывёшь терпилой, а такие вещи так просто не забываются.

Отто промолчал, задумавшись о чём-то своём, а через две минуты, подсадив ещё десяток пассажиров (которое идентично не обратили открытого внимания на тело в центре площадки), лифт со скрежетом закрыл входные створки и начал медленно опускаться вниз.

Мимо мелькали разнообразные трубы и бетон. Лифт был бы погружён в полную темноту, если бы не красная лампа на потолке, дарящая тусклый свет. Не смотря на достаточно приличную скорость спуска, он длился не меньше получаса – Катакомбы были далеко не маленьким мирком.