Клан Волка. Том 6. Династия

Мой взгляд упал вниз, на последних наследников рода Чи, несущих его силу, даже не зная об этом. И когда я увидел, кто там был, то замер в шоке.

На меня смотрело изображение Мидори Арадо.

***

— Твою ж ма-а-ать... — вырвалось у меня. — Так вот почему у неё такой резерв.

— Не сквернословь в храме знаний, болван! — нервно напомнил мне Бахадур, но я слушал его вполуха.

Мысли забегали, как бешеные.

Судя по древу, отец Мидори, варвар Николай Кудинов, принадлежал потомкам главного рода Чи. Он не имел Знамения, а вот его дочь, рождённая от женщины-мага, уже появилась со Знамением, и её магия ограничивалась друидством, но уникальные силы рода Чи всё равно в ней остались.

Я приложил ладонь к потному лбу и выдохнул.

— Значит, Мидори имеет родовое право воскресить дочь бога мудрости, Камэко Чи, управляющую памятью, — беззвучно прошептал я себе под нос и посмотрел на Бахадура.

У меня к нему был только один вопрос.

— Заварра говорила, что за воскрешение отпрыска бога придётся дорого заплатить. Что нужно будет отдать, если я всё же решу воскресить первого Колида, Ратибора?

Бахадур помрачнел.

— Жизнь за жизнь. Ты должен будешь отдать одного из своих детей. Как только возрождается мумия, она сразу забирает жизнь твоего ребёнка.

Я ошарашенно уставился на него.

— И вы на это решились?

— У меня не было выбора. Я должен был защитить остатки своего народа, и мне пришлось отдать жизнь своего старшего сына.

Я мотнул головой.

— Нет, ни за что. Лучше самому сдохнуть.

— Тут как договоришься.

Значит, и император Искацин, возрождая Ладислава, тоже отправил на смерть кого-то из своих детей. Не пожалел даже родного ребёнка, лишь бы истребить Колидов до конца. Та ещё тварь.

Я перевёл дыхание, понемногу успокаиваясь. От таких открытий взрывалась голова, но оказалось, что это ещё не всё. Самое большое открытие ждало меня в конце.

Свиток неожиданно начал меняться, а на полотне появились новые изображения.

Теперь древо рода Колидов на мне не заканчивалось, и я перестал быть последним, как сказала Заварра. Свиток показал ещё троих наследников после меня. Еле видимых, мерцающих, то затухающих, то появляющихся снова.

Моих детей.

Это будущее было совсем неочевидным, но возможным.

— В своём свитке ты видишь то, чего не видит никто, — тихо сказал Бахадур, наблюдая за тем, как у меня глаза на лоб полезли.