Клан Волка. Том 6. Династия

Между ними не возникало напряжения, а вот я напрягался, если честно.

Отец как будто пытался восполнить для меня утраченное время, которое потерял, пока считался погибшим. Ну а когда заходила мать, то он сразу становился хмурым и неразговорчивым, потому что она обращала внимание только на Галея и меня. Приносила чай и местное печенье.

— Оно пресное и невкусное, зато плохо жуётся, — шутила она, отчего отец ещё больше мрачнел.

В эти моменты Галей старался найти причину, чтобы перенести тренировку на завтра и ретироваться.

Всё это наводило на меня тоску, но я обо всём забывал, когда наступал поздний вечер. Тогда я шёл в маленькую и очень скудную лабораторию, которую устроили Кика и Грич.

Там мы вместе разрабатывали сталь для нового меча Галея.

— А я уж думал, что Оружейник в тебе так и умер, не родившись, — смеялся Грич, когда я проверял на прочность очередную заготовку, морщил нос и говорил, что надо переделать.

Каждый вечер мы добавляли в алхимическую сталь всё новые материалы, которые приносил Бахадур, меняли составы и пропорции.

Нам помогал Николай Кудинов.

Он умел делать не только бомбы, но имел тонкое чутьё при работе с металлами. И если бы отец Мидори не был варваром, то стал бы Золотым Мастером Материй и Инженером. Недаром с Кикой он быстро нашёл общий язык и сработался.

Ещё через неделю я наконец сказал заветную фразу:

— То, что нужно.

Мы создали алхимическую сталь для меча — такую, какую хотели. Прочную, твёрдую, упругую, лёгкую, не теряющую заточки, да ещё и с магическими свойствами к усилению соляных знаков на клинке.

Две последующих ночи я лично ковал и закалял этот меч.

В тишине Атифы раздавался звонкий стук молотов разной тяжести и размера, звенело эхо в сводах ледяных залов, трещал огонь в печи, а я всё колотил и колотил по мечу. Пот лился градом, рука отнималась — я впервые создавал оружие вот так, собственными руками, под своим полным контролем.

Для меня это было важно.

Я хотел отблагодарить своего учителя, как умел, и подарить ему меч, достойный Витязя Белого Ордена.

Тот даже опешил.

Он уставился на меч, провёл взглядом по клинку и вензелям рукояти, по гравировке на гарде с янамарским иероглифом «сила духа», и поклонился в ответ.

— Спасибо, ученик. Это великолепная работа, достойная мастера. Говорю тебе как человек, который всю свою жизнь носил меч.