Охотничья пора

Почему я «другой»?

Несколько мгновений Степан нервно смотрел на Димитра. Похоже, он не до конца поверил в мирные намерения гостя. Однако кивнул и далее заговорил спокойнее:

– Вы не похожи ни на кого из нас. Вы… старше. Старше любого из нас. Вы прибыли позже и вы единственный, кто… кто… кто ничего не делает.

Степан испуганно уставился в глаза охотника. Не увидев в них ни возмущения, ни угрозы продолжил:

– Вы не делаете ничего, кроме как общаетесь с нами. Ходите за нами. С вашим появлением в замке стали происходить странности.

Карточные турниры, дуэли… Вы что-то делаете, да? Вы зачем-то здесь появились. Вы… Вы – лекарство.?

Последняя фраза была то ли утверждением, то ли вопросом. Димитр решил уточнить.

– В каком смысле «лекарство»?

– Мы собрались здесь, а уже потом появились вы и запустили некий процесс. От некоторых лекарств сперва становится хуже: организм и болезнь сопротивляются. Но потом всё вычищается.

– Допустим.

– Так вот, это не я. Не я вам нужен. Я не болезнь! – Степан вновь начал нервничать.

– Успокойтесь. Вы же врач. Хороший врач, раз смогли прийти к подобным выводам. Я не имею ничего против вас. Но скажите, кто же тогда мне нужен? От кого я должен служить лекарством?

– Не знаю. Я почти всегда нахожусь у себя, читаю книги. После обеда хожу посмотреть на птиц или на воду. Я ни в ком не заметил дурного.

Димитр молчал. Степан выбил землю у него из-под ног. Однако! Если подумать… Кира говорила, что при призыве сфинкса стоило дать ответить Степану. Он умеет решать загадки. Он учится на целителя и интерпретировал происходящее по-своему.

Может ли это быть уловкой? Притворством Мары? Сложно сказать. Он выглядит искренним. Самые большие подозрения вызывали его уединённость и тот случай в птичнике. Что же, оба получили объяснение. Не виновен ли он? Нет уверенности. Так же как нет и в том, что виновен. Презумпция невиновности. Её он не лишился.

– Извините за вторжение. Но наш разговор получился полезным, не находите?

– Пожалуй.

– Благодарю за ваше мнение и… оценку ситуации.

– Димитр почтительно склонил голову. – Не отопрёте дверь? Не хочу снова лазать по стенам.

Степан кивнул. Даже два раза. Спустился с кровати, сунул ноги в туфли и просеменил к двери. Охотник держался поодаль, не желая дышать юноше в спину и лишний раз пугать его.

– Спасибо! Доброй ночи!

– Доброй ночи!

Дверь закрылась за спиной Димитра.

«Я бы сказал, осталось двое с половиной. Рано сбрасывать Степана со счетов, но одержимым он мне не кажется. Список сокращается».