Охотничья пора

– Прости нас, что мы не сразу согласились помочь, – тихо сказала Кристина, поравнявшись с Дианой.

– Ничего страшного, я понимаю. Вы заняты своими делами, а Димитр не впервой отправляется на затяжные задания. Но я так не могу, я должна найти его.

– Прелестно, ты так рьяно хочешь к нему. – Гадалка издала саркастичный смешок.

Диана не знала, как отреагировать, и просто пошла дальше.

Остров оказался безлюдным. Даже звери и птицы им не встречались. Только камни да растения.

Спустя десять минут пути, Трофим вышел к нескольким разрушенным домам.

– Когда-то здесь жили люди, – произнесла Диана, смотря на покосившиеся стены.

– Здесь они и умерли. Довольно давно. – Трофим вновь принюхался. Скривил лицо. – Идём дальше, источник запаха уже близко.

Пройдя мимо разрушенных домов, пятёрка насторожилась. Трофим сжал кулаки, Fekete lovag поигрывал пальцами на древке оружия. Диана вспомнила защитное заклинание. Кристина отчаянно пыталась пробиться через барьер и что-то почувствовать.

Они вышли к противоположному берегу острова. Прошли по нему ещё пару минут и остановились у отвесного склона.

– Странно, – протянул Трофим. – Запах словно идёт изнутри. Но через землю я бы его не почувствовал. Не так ярко, по крайней мере. Может, тут где-то вход в пещеру.

– Нагнетание ауры здесь очень мощное, – произнесла Кристина, растираясь виски.

Fekete lovag подтверждающе стукнул алебардой об землю.

– Возможно, иллюзия – предположил Бай.

– Проверим, – решительно сказала Диана, делая шаг вперёд.

Хоть она и была демонологом с увлеченностью проклятьями, с иллюзиями имела дело не реже. Наджах обожал скрывать ими свои хранилища артефактов.

Диана перекрестила руки, раскинула пальцы и произнесла заклинание. Затем второе, третье… Не зная, какую иллюзию снимаешь, разумнее всего развеять её волной истончающих мираж заклятий.

Очередное заклинание слетело с губ чародейки, и дело было сделано. Склон задрожал. Стал размываться и исчез.

Перед ними предстала некая химера. Нижняя часть являла собой тело огромного паука с восемью мощными лапами. Сверху из него выходило тело юной японской девушки в кимоно. На её лице располагалось восемь паучьих глаз. Всеми ними она с гневом уставилась на команду.

– Дерьмо! Я читал о таком в книгах Димитра, – напряжённо пробормотал Трофим. – Это джергумо.

– Джёрёгумо. Неуч, – буркнул Бай.