Путь Крови

— Она бессмысленна, — с усмешкой заявил я.

Молак дрогнул и шагнул вперёд, на самом деле даже не коснувшись пола, а скользнув в пальце над ним. Тень всё же. Все эти их ужимки, которыми они обзавелись, когда стали плотней и более детальными, лишь наносное, дань прошлому. Если уж Молак беспокоится, как измотали меня эти семь или сколько там дней в тюрьме, то мне стоит беспокоиться, как измотали их эти годы бесплотности и невозможности даже говорить.

Или не стоит беспокоиться? Они ведь тени, а не живые люди. Могут ли они озлобиться или сойти с ума?

— Господин, скоро ужин, а значит, скоро истечёт и этот день.

Давайте вы отдохнёте сегодня, а завтра, со свежими силами...

Видимо, моя кривая ухмылка была ну очень выразительно, раз Молак замолчал. Наверное, я сам сейчас выглядел слегка сумасшедшим. Помедлив, я всё же объяснился:

— Вы уверяли меня, что я вот-вот получу эту силу, вот-вот разожгу ихор в крови. Вы уверяли меня в этом снова и снова.

У Молака чуть дёрнулась щека, а Ирал за его спиной опустил взгляд в пол.

Ну да, именно они попеременно уверяли меня в этом, иногда, правда, проговариваясь, что это долгий путь. Но на самом деле вся сложность совсем в другом.

— Господин...

Я вскинул руку в новом выученном жесте.

Молчать.

Молак его узнал. Отлично. Даже не ожидал.

В тишине заговорил я:

— Все эти ваши рассказы об опыте других Оскуридо устарели на тысячу лет. Сначала вы говорили, что мне хватит нескольких чаш состава, но я выдул целый кувшин. Затем вы говорили, что осталось немного, чуть-чуть, буквально три или четыре объёма жара души.

Я сливаю его почти десятицу и что? — я снова развёл руками. — Ничего. Ни-че-го. Вам пора признать очевидное — это всё бесполезно.

Молак не утерпел:

— Нет! Кровь Оскуридо в вас сильна! Десятица ещё не прошла. Вы не можете застрять на этом жалком этапе! Раньше...

Я перебил его:

— Раньше! Отличное слово. Вы словно забыли самое важное, то, с чего и началось ваше возрождение как теней.

Молак лишь нахмурился, явно не поняв, к чему я клоню, а вот Ирал неожиданно поднял голову и продолжил мою мысль:

— Смерти.

Я кивнул:

— Смерти. Ещё до того, как я прошёл посвящение, вы начали становиться сильней. Вы начали издавать звуки едва я впервые убил. После следующих смертей вы перестали бояться света. Когда я начал убивать десятками — вы заговорили. Я, я сам начал становиться сильней с этими смертями. Спустившись от алтаря после посвящения Возвышенным Мечником, через несколько месяцев я уже убивал Паладинов.